Галеристы Наташа Панкова и Лиза Савина рассказали о своей работе и экономике галерейного дела.

В последние годы AL Gallery сделала рывок, добившись заметного места на петербургской художественной сцене. Сейчас с галереей сотрудничают художники Дмитрий Шорин, Виталий Пушницкий, Владимир Григ, Илья Орлов, Сергей Катран, Дмитрий Провоторов. Сложился круг коллекционеров. Галеристы Наташа Панкова и Лиза Савина работают вместе с 2009 года и образуют «динамическую пару», идеальную для дела: разные навыки и опыт, совпадающие на 99 процентов художественные вкусы. В отличие от многих других галеристов, они не боятся откровенно говорить об экономике галерейного дела и собственной работы в интервью.

01_al_natasha-liza Наташа Панкова и Лиза Савина на стенде галереи на ярмарке "АртМосква"

Павел Герасименко: В феврале состоялась ретроспективная выставка недавно скончавшегося художника-абстракциониста Алексея Чистякова. Она прошла на Фонтанке, 57 в здании бывшего Министерства внутренних дел, которым управляет девелоперская компания «Рюрик». Расскажите о вашем сотрудничестве.

Лиза Савина: Выставка на Фонтанке, 57 продлится до 22 февраля и «красные точки» продаж уже появились. Галерея по контракту управляет наследием художника, которое осталось у его семьи. О ретроспективе мы думаем с осени, но, чтобы показать художника в большом объеме, нужна большая статусная площадка, с которыми в Петербурге напряженно По счастливому стечению обстоятельств одним из наших коллекционеров является новый генеральный директор компании «Рюрик». С его появлением компания начала поворачиваться лицом к современному искусству и реализация этого проекта была, по сути, совместной идеей. Мы надеемся, что пока в здании на Фонтанке будет происходить ремонт, у нас будет возможность проводить там мероприятия. У нас в принципе готова серия проектов, которыми мы до июня включительно можем заполнить это пространство. Точно можно сказать, что после выставки Чистякова мы проведем там фестиваль видео-арта, где видео будет проецироваться в окна. Возможно, там же, на Фонтанке, в дальнейшем будет располагаться основная площадка галереи.

02_al_chistyakov Ретроспектива Алексея Чистякова в здании на Фонтанке, 57. Вид экспозиции.

П.Г. Как и на чем галерея зарабатывает?

Л.С.: Скажу сразу, мы одни из немногих в городе, кто рассматривает галерею как бизнес-структуру. Проблема нашего бизнеса в том, что деньги подтягиваются за имиджем – поэтому он требует серьезных вложений на начальном этапе. И поэтому нужно всегда идти на пол-бюста впереди. Ведь продажи — это только первый срез, непосредственный источник заработка. Второй срез — это некая общественная жизнь галереи, в нашем случае это были регулярные лекции, кинопоказы. На первых порах это было хорошей финансовой подпоркой.

Наташа Панкова: В самом начале у нас были курсы, которые вел Марк Тумин, один из художников группы «Эрмитаж». С одной стороны на курсах получали первичное образование, с другой - это были серьезные аналитические уроки живописи, - вплоть до того, что некоторые люди, которые там учились, потом даже сменили профессию и сейчас заканчивают Академию художеств. Другие стали достаточно серьезно коллекционировать например графику. Потому что занятия шли на фоне бесконечно сменяющихся экспозиций в галерее, и у слушателей курсов происходили постоянные споры об искусстве. Было важно, что они могут общаться с художником, чьи работы они сперва видят на стене, - тот же Чистяков иногда заменял на занятиях Марка Тумина. Все это очень живая история. Когда она начиналась, в 2006 году конкуренции практически не было, а в 2010 году такие курсы были везде, поэтому мы от них отказались. Еще очень сильно поддерживали мастер-классы выходного дня, существовавшие до 2009 года. Первые коллекционеры в галерее появлялись из круга друзей: своими занятиями ты влюбляешь в искусство людей из ближнего круга. Потом пришли коллекционеры, которые потихонечку выросли в студии. Мы с Лизой подсчитывали, что проходит примерно три года, прежде чем человек начинает покупать. Например, один олигархического вида дяденька, который не признавался, чем занимается, стал приходить на мастер-классы с семьей. Он долго присматривался, и только года через три купил Агурееву, потом Чежина, а сейчас Пушницкий из его коллекции висит на выставке в «Новом музее».

Л.С.: Сейчас этот срок стал меньше, около года: нас лучше знают, идет веерная рекомендация. Потому что галерист - как гинеколог: ты должен доверять ему абсолютно! Коллекционер, который с нами работает, должен знать, что мы его не обманем, что у него особые условия, его вкусы знают и к нему бережно относятся. Был момент, когда мы выжили исключительно благодаря одному коллекционеру. 2011-й был для нас тяжелым годом, руки опускались. Но выставочный план есть и долги надо отдавать. Тогда он сказал: «Я вам сдохнуть не дам». Он не стал давать нам деньги, но последовательными покупками поддерживал нас несколько месяцев.

П.Г.: В конце прошлого года вы совместно с тем же "Рюриком" провели Рождественский благотворительный аукцион. Расскажите об этом — как, для чего, почему, с какой целью?

Л.С.: Мы рассматриваем аукцион как инструмент для привлечения новых клиентов. В мастерских у художников всегда есть определенное количество искусства, которое находится «вне рынка» - мелкие вещи, какие-то эскизы, серийные вещи, которые выпали из проектов. Это работы, которые не имеют рыночной стоимости, вещи, которые сложно продать: это почеркушка Пикассо может стоить пять тысяч долларов, а по понятным причинам набросок любого из наших художников столько стоить не может. Известно, что рабочие материалы художника приобретают цену на рынке, когда встают в общий контекст. Мы отбираем такие вещи, ставим оценочную стоимость, эстимейт примерно от 100 до 300 евро. Таким образом возникает шанс, что наше искусство уйдет еще в какие-то другие руки. На этом аукционе старт был 1000 рублей с шагом 200 рублей, и некоторые позиции дошли до эстимейта, например, графика Швецова была продана за 8 тысяч. Мы предоставили покупателям сертификаты, получили свои 20 процентов и какое-то количество новых коллекционеров. Теперь эти люди придут к нам в галерею, и пусть даже для решения собственных функционально-декоративных задач. Весной мы хотели бы сделать второй аукцион, на этот раз тиражной графики — уже более прицельно отбирать авторов и показывать их работы. Я считаю, это хороший опыт для галереи.

П.Г.: Какова экономическая формула галереи?

Л.С.: У нас нет за спиной мощного финансового ресурса, поэтому мы должны выстраивать ситуацию самостоятельно. Экономическая формула несложная: у нас нет понятия «цена художника», то есть сколько художник получает на руки. Мы оперируем рыночной стоимостью работы, за которую мы ее продаем, а художник делится с галереей. Со всеми художниками есть контракты, по эксклюзивному контракту галерея гарантирует художнику определенный объем продаж в течение года - мы должны приложить определенное количество усилий и продать на определенную сумму. Сейчас мы можем вырастить художника со старта условно до «десятки», наши возможности это позволяют. Дальше начинается другая ценовая категория, там требуются иные вливания.

Мы потихоньку приучаем людей, создавая пошаговые стратегии. Делаем выставки, привлекая дополнительный ресурс. Сейчас начинает развиваться направление b2art, и искусство, как один из наиболее сильных раздражителей, здесь главный инструмент. Прошлым летом мы написали структуру некоего «кураторского агентства», которое занимается не кураторством в чистом виде, а контентом для бизнес-проектов. Это сложная буферная позиция: разделять интересы клиента, сохраняя интересы художника. На последней Арт-Москве мы выставили на нашем стенде объект Андрея Люблинского, сделанный на основе макета дома в коттеджном поселке Мариньи. Это было безусловный арт-объект, который при этом решал конкретные рекламные задачи наших партнеров.

05_al_lublinsky Фрагмент объекта Андрея Люблинского на ярмарке "АртМосква"

П.Г.: Что впереди?

Л.С.: В стране вялый арт-рынок и нет конкуренции, которая по большому счету является питательной средой для роста. Мы считаем, что рынок нужно создавать на той поляне, какая есть, без нытья и жалоб на неправильное устройство государства, вселенной и творческий кризис. Мы в основном оперируем недорогим искусством, и для того, чтобы выйти в плюс, нам нужно продать его много. Соответственно, надо найти такую стратегию развития, где у такого искусства будут перспективы роста. Мы не стремимся ездить по дорогим ярмаркам, мы ищем ярмарки с хорошим статусом, небольшой ценой за стенд — идеально, если можно привезти все искусство с собой в чемодане. Ну, и весело провести время. Зачем играть в большое искусство, если это не будет приносить деньги? Всему свое время. Гагосян тоже начинал с продажи принтов.