Вообще, колонка про галерейные будни требует некой вводной части, чтобы было понятно откуда, собственно, растут ноги — на случай, если вдруг у кого-то есть заблуждение насчет того, что в галерейном бизнесе ноги растут из иного, более возвышенного места, нежели обычно. Так вот, если вы решили завести себе галерею, то очень, очень сильно подумайте.

Вита Буйвид. Из серии "Бешеные псы"

Принято считать, что профессия с красивым названием «галерист» предполагает жизнь комфортную. Как то: поздно вставать, с чувством наряжаться, сидеть в галерее несколько часов в день, и, покачивая каблуком, вести беседы о высоком. В процессе беседы с неохотой продавать что-нибудь эдакое за немыслимые деньги, после чего ехать в дорогой ресторан, где за бокалом пти шабли отмечать прожитый с интересом день. Высокое, предполагается, нахлынет само собой, а вместе с ним придет глянцевая пресса, которая напишет, что, мол, Лиза С. стала великой международной галеристкой, и посмотрите еще, как она прекрасно одета, затейливо подстрижена, ну и вообще прелесть что за барышня, она еще, знаете, поехала на ярмарку в один очень заграничный город и продала там всех художников, и потому теперь Лиза — трендсеттер всей русской актуалочки.

В реальности же все оказывается значительно сложнее.

Во-первых, художники. Они все время чего-то хотят. Денег на материалы, поговорить или, к примеру, праздника. Но это хотя бы интересно.

Во-вторых, кураторы. Они запредельно умные. Каждое прочтение кураторского текста на первых порах — да что уж там, на вторых и на третьих тоже — сопровождается полным уничтожением представлений о собственной интеллектуальной состоятельности. Но здесь хотя бы открываются зоны личного роста.

В-третьих, клиенты. Мы все приходим в галерейный бизнес с некой идеей клиента, сиречь коллекционера, и идея эта как правило вообще никак не соотносится с действительностью. Одни галеристы представляют себе женщин, покупающих цветочки в кухню, другие суровых олигархов, остро нуждающихся в объектах для холла, а третьи вообще считают, что все тупо должны покупать искусство, потому что это круто. Ставка, естественно, делается на upper-middle класс и прочих обеспеченных друзей. В действительности почему-то выясняется, что обеспеченные друзья совершенно не собираются бежать и немедленно приобретать все, что вы, пострадав через общение с художниками, притащили в хранилище, а также, то, что вы включили в не то чтобы просто хорошую, а совершенно гениальную выставку.

В-четвертых, пресса. Особенно глянцевая. Ей вообще, если честно, плевать на ваше большое искусство, а если и не плевать, то она пишет про пять одних и тех же персонажей, в число которых вы, по совершенно непонятным для вас причинам, не входите. И с этой прессой нужно не просто быть милым и чирикать о том, как неплохо было бы, если бы вдруг посреди Марсова поля вместо могилки Урицкого волшебным образом возникла скульптура какого-нибудь джефкунса, но ей, прессе, с какого-то ляда нужно регулярно и как-то невозможно заранее сдавать релизы, почему-то внятные, и еще иллюстрации, страшно себе представить, с подписями.

Ну и, в-пятых, вдруг, и это вообще неожиданно, выясняется, что галерея — страшно расходное мероприятие. Тут аренда, здесь коммуналка, там художники (см. пункт «во-первых»), персонал хочет по каким-то непонятным причинам зарплат, а работать не хочет, потому что он, персонал, когда учился на искусствоведа, совершенно не планировал двигать искусство в буквальном смысле – по залам, из-за какой-то вашей дурацкой выставки или, к примеру, заниматься какой-то глупой логистикой ярмарки в вашей дурацкой загранице, на который его, персонал, к тому же не берут, потому что билеты, гостиницы и прочий стафф выливается не то чтобы в круглую, а в совершенно даже прямоугольную сумму.

Надеюсь, я отговорила вас вписываться в этот странный бизнес? В любом случае, если нет, то вам будет полезен затейливый опыт, которым я буду делиться. А если да, вы будете читать и каждый раз благодарить бога за то, что миновала вас чаша сия.

Аминь.