Подобно тому, как кино Гонконга ассоциируется с жанром экшн, кинематографисты Южной Кореи сделали своим «фирменным блюдом» триллер. На протяжении последних пятнадцати лет корейское кино ежегодно выпускает десятки картин в этом жанре, сделанных на высочайшем художественном и профессиональном уровне.

Screen-shot-2011-01-11-at-10_26_57-PM "Олдбой". 2003. Режиссер Чхан-Ук Пак.

Не будет преувеличением сказать, что корейские триллеры сегодня – лучшие в мире. И мир об этом знает (за исключением России). Только в этом году сразу три режиссера из Южной Кореи, сделавшие себе имя триллерами, сняли свои первые картины в Голливуде. Ким Чжиун, прославившийся лентами «История двух сестер» и «Я видел дьявола», вернул на экран Арнольда Шварценеггера в картине «Возвращение героя». Пон Чунхо, чей триллер «Мать» выдвигался от Южной Кореи на «Оскар» в 2010 году, сейчас заканчивает работу над фантастическим фильмом «Снегокол». Наконец, Пак Чханук, создатель знаменитой «трилогии о мести», в марте 2013 года выпустил в Америке триллер «Стокер», с Николь Кидман и Миа Васиковска в главных ролях.

С Пак Чханука международная популярность корейских триллеров и началась. В его фильмах «Объединенная зона безопасности», «Сочувствие господину Месть», «Олдбой», «Сочувствие госпоже Месть» и «Жажда» динамичные повествовательные приемы амерканского образца сочетались с изобретательным и эффектным визуальным решением, активным движением камеры и экспрессивным монтажом. Что сделало их универсальными и способными в равной степени легко восприниматься восточными и западными зрителями. А «Олдбой» и «Жажда», завоевав соответственно Гран при и Приз жюри на Каннском кинофестивале, еще и способствовали восприятию южнокорейских триллеров не просто в качестве увлекательного зрелища, но и как оригинальных произведений искусства. Впрочем, сам Пак Чханук относится к фестивальным наградам с иронией. Бывший кинокритик, большой поклонник Хичкока и Кафки, он утверждает, что признание зрителей для него важнее фестивального успеха. По его словам, ко всем его фильмам лучше всего подходит определение «эксплойтейшн», поскольку он стремится воздействовать на зрителей не на интеллектуальном, а на чувственном, даже физиологическом уровне. Его картины – это взрывная смесь сюрреализма, хоррора и черной комедии, повергающая публику в шок уже с первых минут действия.

The Thirst "Жажада". 2009. Режиссер Чхан-Ук Пак.

Разумеется, не все корейские триллеры похожи на фильмы Пак Чханука – кино Южной Кореи последних десяти лет вообще предлагает зрителям впечатляющий выбор жанровых моделей, идей и стилистических приемов. Однако, несмотря на разнообразие этих картин, часто синтезирующих американские, европейские, японские и гонконгские влияния, в них присутствует ряд общих тем, сюжетных конструкций и персонажей, которые позволяют квалифицировать южнокорейский триллер как самостоятельный субжанр (подобно американскому нуару, французскому полару и итальянскому giallo).

Корейские триллеры часто бывают одновременно жестоки и сентиментальны, в отдельных сценах могут даже превратиться в мелодраму, – но лишь для того, чтобы усилить эмоциональное воздействие на зрителя. Реки крови на экране и садистские сцены убийств (особенно популярным является забивание жертвы молотком) делают их зрелищем не для слабонервных зрителей, – но с точки зрения поклонников жанра, это безусловное достоинство. В этих картинах обычно очень популярен образ femme fatale, что обычно является реакцией на эмансипацию женщин в обществе. Однако корейское кино переосмысляет традиционный типаж роковой женщины, показывает ее жертвой, борющейся за выживание в патриархальной среде, и постепенно перетягивает зрительские симпатии на ее сторону. Так, в фильме «Беспомощная» (2012), ставшем кассовым хитом корейского проката, героиня умышленно совершает жестокое убийство, но сочувствие публики все равно остается на ее стороне. Снятая женщиной-режиссером Пен Юнджу, эта лента демонстрирует одно из самых сильных качеств кинематографа Южной Кореи – использование жанровых формул, в особенности триллера, для создания высказываний об актуальных проблемах общества. Эти картины почти никогда не бывают только энтертейнментом, развлечением, побегом от реальности. Здесь можно вспомнить еще один прошлогодний триллер – «Вой». В нем увлекательная детективная история, связанная с поиском собаки-убийцы, служит чем-то вроде яркой упаковки, в которую помещен совсем другой сюжет: о женщине-полицейском, страдающей от шовинизма коллег по работе. Корейские режиссеры в буквальном смысле воспитывают свой народ посредством жанрового кино.

kinopoisk.ru "Вой". 2012. Режиссер Ха Йо .

Отдельный разговор – эротические сцены в корейских триллерах. В Южной Корее порнография запрещена, был даже период, когда правительство пыталось ограничивать доступ к порносайтам в интернете, но быстро отказалось от этой затеи, поняв ее бессмысленность. Собственно секс-фильмов в Корее снимается немного (по сравнению с Японией или Гонконгом), однако вполне мейнстримовые картины запросто могут включать софт-порно сцены. Ведущие корейские актеры и актрисы без проблем участвуют в подобных эпизодах, а корейские режиссеры умеют (и многие – любят) их ставить. Так в 2012 году эротический триллер «Запах», который повествует о частном сыщике, специализирующемся на делах о супружеской неверности, хоть и не был благосклонно принят критиками, но успешно прошел в прокате, не в последнюю очередь благодаря эротическим сценам и впечатляющим физическим достоинствам исполнительницы главной роли, известной фотомодели Пак Сихен.

thescent3 "Запах". 2012. Режиссер Хён Чжун Ким.

В стилистическом отношении, по технике саспенса и повествовательным приемам корейские триллеры близки к американским картинам, в духе Брайана Де Пальмы или Дэвида Финчера. Они умело сочетают внимание к сторителлингу, продуманным психологическим мотивациям персонажей (нередко с использованием фрейдистских мотивов) с ярким и изобретательным визуальным рядом. А их умение вводить социальную и политическую проблематику в ткань жанровых произведений, вкупе с универсальным, современным языком киноповествования, обеспечивают этим картинам постоянно растущую популярность, как в Азии, так и на Западе.

Постскриптум. Несколько месяцев назад я поинтересовался у директрисы одного из питерских кинотеатров, почему в нашем прокате идет так мало азиатских фильмов. Ответ директрисы был честен и прям: «Наш народ не ходит на кино про косоглазых!» В ее кинотеатре в это время показывали фильм про говорящего плюшевого медведя.