Молодое датское бюро Leth&Gori специализируется на инновационных проектах в области архитектуры и планирования городского пространства. Его основатели Уффе Лет Лаурсен и Карстен Гори завоевали высшие награды архитектурных конкурсов не только у себя на родине, но и в Норвегии, Эстонии, Австрии, Швеции. ART1 архитекторы рассказали, как маленькая студия справляется с большими проектами.

img_0977 Карстен Гори и Уффе Лет Лаурсен приезжали в Петербург на IV архитектурную биеннале и выступали с лекцией в фонде "Про арте"

Митя Харшак. Сначала вы работали в большой архитектурной студии, а потом начали свой бизнес – верно?

Уффе Лет Лаурсен. Да, примерно так. Мы начинали в разных студиях, потом работали вместе в одной компании в Копенгагене, где и познакомились. А в 2007 основали свое бюро.

М.Х. Сколько человек работает в вашей компании?

Карстен Гори. Партнеров — двое, это мы. А всего нас шестеро — мы все сидим за одним большим круглым столом в маленьком офисе, который изначально предназначался для пекарни. Мы используем его и как место для работы, и как выставочное пространство с витриной.

М.Х. То есть, вы сидите в витрине?

К.Г. Не совсем, есть еще помещение внутри. Витрину мы используем, чтобы выставлять наши работы. А когда нет выставок, проводим в ней встречи.

holmenkollen_1 Лыжный трамплин Холменколлен в Норвегии. Проект Leth & Gori

М.Х. Обычно, когда вы запускаете свой бизнес, у вас уже есть клиенты, вы начинаете не с нуля. Какой проект был первым?

У.Л.Л. Мы начали свой бизнес в 2007 году, как раз незадолго до того, как грянул финансовый кризис. У нас, действительно, были связи в Норвегии и там мы получили первые большие заказы. Мы начали с проекта футбольного стадиона.

М.Х. Неплохо для первого заказа!

У.Л.Л. Мы также спроектировали отель и торговый центр на западном побережье Норвегии. Потом начался финансовый кризис, девелопер этого проекта попал в тюрьму за инсайдерскую торговлю, и проект тут же прекратился.

М.Х. Могу представить! В 2008 году у меня была студия и 10 сотрудников. Потом ударил кризис и нам пришлось сократить штат до 2-3 человек.

К.Г. К счастью, к этому времени мы уже довольно активно участвовали в конкурсах. Например, получили третий приз в большом конкурсе на новый лыжный трамплин в Осло. В 2008-м выиграли конкурс на проект Академии Художеств в Таллинне. Это был очень крупный проект – новое высотное здание.

У.Л.Л. Этот проект подвернулся в самый подходящий момент.

К.Г. Да, как раз тогда, когда мы были немного дезориентированы.

estonian-academy-of-arts Академия художеств в Таллинне. Проект Leth & Gori

М.Х. Вы участвуете в конкурсах только в северной Европе?

У.Л.Л. Первые четыре года нашего существования мы работали только с проектами за пределами Дании. Нам было сложнее найти работу в родной стране.

М.Х. На датском рынке большая конкуренция между студиями?

К.Г. Да, очень высокая. У нас на одного горожанина приходится довольно большое количество архитекторов. Конечно, во время финансового бума эти компании выросли, а затем в кризис потеряли бизнес. Это означает, что каждая, даже самая маленькая компания, теперь стала участвовать в любом конкурсе, который объявлялся. И это до сих пор так.

У.Л.Л. Единственным путем для нашей маленькой молодой компании было участие в открытых конкурсах, которых в Дании не так много. Поэтому мы расширили круг поисков, включив Норвегию, Швецию, Эстонию.

М.Х. Многие европейские архитекторы работают в Дубае или Шанхае, которые сейчас активно развиваются. Видите ли вы для себя потенциал на этих рынках?

К.Г. Наш подход в том, что мы лично довольно сильно вовлекаемся в проект. Поэтому стараемся ограничить их географию теми местами, куда легко поехать на встречу и вернуться в тот же день. Нам больше нравится работать на близких расстояниях, такими проектами легче управлять и нет необходимости открывать отдельный офис в другой стране.

jossingfjord Музей Jøssingfjord, Норвегия. Проект Leth & Gori

М.Х. То есть, лучше быть маленьким архитектурным бутиком, чем торговым центром?

К.Г. Думаю, да. Потому что если вы получаете большой проект, вам приходится нанимать больше людей. Нам комфортно в таких размерах, когда мы лично участвуем в каждом проекте. Самим делать скетчи, модели — для дела это всегда лучше. Мы намного лучшие архитекторы, чем бизнесмены.

М.Х. Вы упомянули о выставках в витрине собственной мастерской. В них участвуют только ваши работы или вы экспонируете что-то еще?

У.Л.Л. Мы вообще не выставляем собственных работ. Идея была в том, чтобы приглашать других архитекторов, которые привлекли наше внимание. В некоторые из выставок мы были вовлечены довольно активно: составляли список гостей, помогали найти спонсоров, обеспечивали проведение мероприятий, писали пресс-релизы. На другие выставки нам поступали запросы со стороны. И все они были очень разными: карты городов, модели, скетчи, проекты. Но пока никакой связи с нашей деятельностью не было. Хотя, конечно, это влияет на нашу работу. В прошлом году один норвежский архитектор демонстрировал свои проекты у нас, а в этом году мы вместе работаем, участвуем в конкурсе в Дании.

М.Х. В Копенгагене есть Design District, а датский дизайн – всемирно известный бренд, который неплохо поддерживается государством. Можете ли вы сказать то же самое о датской архитектуре?

У.Л.Л. Не в такой степени. Архитектурные студии очень разные и предлагают очень широкий спектр идей.

М.Х. Есть ли в Дании профсоюз архитекторов, который помогает с решением профессиональных проблем?

К.Г. Есть союз архитекторов, но самая сильная институция – Датский архитектурный центр. Он располагает выставочным площадкой в центре Копенгагена, продвигает датскую архитектуру, делает выставки за границей. Но никакой общественной дискуссии вроде «В каком направлении двигается датская архитектура» у нас нет. Это понимание — очень индивидуальная вещь, которая формируется внутри каждой студии. И все они много сотрудничают между собой, чтобы увеличить шансы на получение проекта. Эта открытость к сотрудничеству — одна из уникальных черт датской архитектуры. Она очень полезна и помогает делать действительно хорошие проекты.

lidkoping Здание департамента полиции в Лидчепинге, Швеция. Проект Leth & Gori

М.Х. В Германии есть бизнес-центры, где можно арендовать офис за символическую плату в 100 евро в месяц, и получить поддержку в сфере маркетинга, продвижения, юридических услуг. Как Датский архитектурный центр поддерживает молодых архитекторов?

К.Г. Путем приглашения на выставки, как правило. Но не организацией мероприятий в поддержку молодых студий. В какой-то момент центр пытался организовать некое движение, чтобы сделать молодые студии более заметными на рынке. Был создан список и условия, которые сподвигли бы клиентов с ними работать. Но выяснилось, что это не вполне соотносится с законами Евросоюза. Потому что нельзя ссылаться на закрытые списки – это правило тендеров. Конкурс должен быть открытым. Поэтому попытка провалилась.

М.Х. Какой повод был приехать в Петербург? Для портфолио-шоу, или у вас здесь тоже есть заказ?

У.Л.Л. Для нас это скорее культурный обмен. Нас пригласили прочитать лекцию на Архитектурной биеннале. Мы согласились, потому что нам кажется полезным делиться своими идеями. Для нас это довольно большое событие в сфере архитектуры, в нашем городе подобное происходит нечасто. Довольно много людей задавали вопросы после лекции. К нам подходил один человек, который, оказывается, писал нам и приглашал к участию в проекте. Но мы думали, у нас никогда не будет шанса получить проект в России — ведь у нас такой маленький офис, мы так далеко находимся и не говорим по-русски.

М.Х. Петербург всегда ориентировался на запад. И тот факт, что вы – европейская архитектурная студия, значительно повышает ваши шансы.

У.Л.Л. Может быть, нам стоит попробовать!

Уффе Лет Лаурсен и Карстен Гори выступили с лекцией на биеннале «Архитектура Петербурга 2013». Лекция прошла при поддержке Датского института культуры. Благодарим Фонд «ПРО АРТЕ» за помощь в организации интервью.

img_0968 Карстен Гори, Уффе Лет Лаурсен и Митя Харшак в Петропавловской крепости