Современная ситуация в дизайне интерьера напоминает зеркальное отражение Викторианской эпохи. Главной проблемой человека тогда становилась самоидентификация, что наглядно демонстрировала жилая среда.

Интерьер дома или квартиры становился зримым воплощением мечты, «была ли то мечта о несметном богатстве, благородном происхождении, экзотических странах или сельской идиллии», и в конечном счете выражал воображаемый статус владельцев.

2013_05_07_Interior_2

Промышленная революция XIX века стала не только причиной лавинообразного увеличения дешевых товаров, но также зарождения и стремительного становления класса буржуазии – как правило, выходцев из низших слоев коммерсантов. Скороспелый вкус нового поколения предпринимателей, которые стремились подражать аристократам, не имея для того ни достаточного воспитания, ни образования, сыграл значительную роль в размывании культуры. Как писал в конце XIX века Фриц Хельваг: «Буржуазный пролетариат, поднявшийся из затхлой глубины и отлученный от всякого облагораживающего культурного воздействия, с удвоенным голодом набросился на роскошь, полагая, что все, включая культуру, является объектом продажи».

Быстро обретенное богатство нуворишей искало выражение в своеобразной имитации скорее феодального образа жизни с его обилием предметов быта, декора и орнамента. Обычной стала перегрузка жилищ мебелью, тяжелыми драпировками и предметами обстановки, имитирующими исторические стили. Масса произведений искусства и их копий предназначалась для того, чтобы продемонстрировать принадлежность владельцев к высшим слоям, элите. Этот «стиль» богатых и имеющих успех людей быстро распространялся и был воспринят низшими слоями как эталон. В моду вошли не просто новые вещи, а переизбыток вещей.

2013_05_07_Interior

 

Поддержанные беспорядочным вкусом потребителей, производители все чаще стали обращаться к историческим стилям как знаку культуры. Но теперь фрагменты готики, ренессанса, романтизма и барокко произвольно смешивались, порождая чудовищные комбинации. Роскошными орнаментами украшались низкокачественные штампованные изделия – имитировалась дорогая ручная работа.

2013_05_06_Ulianov

В итоге оказались утрачены едва ли не все эстетические ориентиры, а главное — то, что раньше именовалось стилем. Персональные эстетические представления, носящие отпечаток индивидуальной культуры, подменились массово пропагандируемыми установками. Которые, в свою очередь, определялись модой, а ей манипулировала потребность в сбыте нового товара. Период господства эклектики в архитектуре и прикладном искусстве второй половины XIX столетия стал временем совершенной потери вкуса и чувства стиля.

Нельзя не вспомнить тут мысли Джона Рескина и Эллен Кей, что «распространение изделий прикладного искусства способно оказывать заметное влияние на формирование национального вкуса» и «именно художественная промышленность и ремесло в большей мере, чем чистые искусства, отражают общий культурный уровень народа». Таким образом, низкое художественное качество товаров народного потребления ведет к деградации культуры народа.

Пропаганда хорошего вкуса и художественное воспитание через эстетические качества товаров были объявлены в Европе делом общенационального значения — первый музей искусств и ремесел был открыт в Лондоне в 1852 году. И еще одна мысль не потеряла своей актуальности сегодня: «Наибольшей опасностью, с которой приходится бороться искусству, является избыток средств», - утверждал Готфрид Земпер.

За сто лет выяснилось, что имитируя статус, совершенно не требуется имитация качества изделия. Бренд — успешный заменитель всего того содержания, которое требовалось товару для успешности. Статус современного российского мещанина, похоже, так же должен считываться по набору брендов в убранстве его интерьера, его одежде и аксессуарах. Модернистская практичность тоже оставила свой след — теперь не обязательно унаваживать все жилое пространство мебелью, безделушками и искусством. Достаточно разместить один объект декларации статуса, зона поражения которого соответствует габаритам помещения.

Складывается впечатление, что на территории России человечество завершает очередной эволюционный круг и вновь возвращается к животной фазе. Видимо, в этот раз нам опять не удастся разгадать загадку – каким именно способом красота должна спасти мир.

2013_05_06_Armchair