В историю финского дизайна дуэт Ааму Сонг и Йохана Олина наверняка войдет как синоним приключения и авантюры: в основе работы их дизайн-бюро Company — путешествия по старинным промышленным предприятиям.

img_5304 Куратор Елена Вешнякова, Йохан Олин и Ааму Сонг на открытии выставки «Секреты России» в «Борее»

«Срастаясь» на время с ремесленными фабриками Бельгии, Кореи, Финляндии, России или Вьетнама, Ааму и Йохан создают функциональные вещи, дизайн которых отсылает к национальным традициям страны. В России дизайнеры за два последних года провели 137 дней, занимались исследованиями, дизайнерскими пробами и сотрудничали с четырнадцатью российскими предприятиями, которые занимаются традиционными промыслами — в Жостово, Богородском, Семенове, Касли, Тобольске. Из этого взаимодействия получилась серия «Секреты России», которую впервые показали летом 2012-го в хельсинкском музее современного искусства «Киасма», а 14 мая 2013-го экспозиция открылась в галерее «Борей».

Открывая выставку, Ааму и Йохан первым делом выразили благодарность электричке, которая перемещала их по России и стала неким архетипом «русскости». В путешествии дизайнеры пользовались преимущественно поездами и автобусами, столовались в привокзальных кафе и барах, закупались на местных рынках — не столько из-за небольшого бюджета своей авантюры, сколько из желания узнать те самые секреты, которые хранит Россия, растянувшаяся между Финляндией, родиной Йохана, и Кореей, откуда приехала Ааму. Словом, отваги не занимать.

img_5207

Ааму и Йохан заинтересовались нашей страной в 2010 году, когда им в руки попала книга Никоса Казандзакиса «Россия». В ней греческий писатель с воодушевлением рассказывает о своих путешествиях в страну Советов: с 1920-го по 1930-й годы он трижды приезжал в СССР и побывал в подмосковных больницах и тюрьмах, мавзолее Ленина, общался с интеллигентами и рабочими и не мог надивиться результатам революции, которая создала новое общество и нового человека. Весь жар и задор Казандзакиса, очевидно, передался Ааму и Йохану, но их любознательность обратилась в не в сторону русского авангарда или конструктивизма, а к сфере народного искусства. Их заинтересовали вещи, создававшиеся вручную пятьсот и более лет тому назад, и то, делают ли их сегодня.

Русская национальная дизайн-«айдентика» — матрешки, хохломские стулья, палехские шкатулки, игрушки, расписанные под гжель — редуцировалась до сувенирной продукции и стала китчем, чрезвычайно далеким от быта современника. В рассказах о своих путешествиях Ааму и Йохан не раз обращают внимание на то, что на фабриках, которые они посещали, жизнь как будто застыла еще триста лет назад: художники делают одно и то же. Дизайнеры говорят об этом с удивлением и почтением.«Мне кажется, мы пытаемся не просто сохранить традиции — они нам не принадлежат, мы не знаем их настолько глубоко, — говорит Йохан. — Но мы надеемся, что традиция настолько сильна и полна жизни, что позволит нам играть и экспериментировать с ней. И играя, создавать вещи, которые будут работать и в другой среде».

img_5217

Из двух жостовских черных подносов с цветами Ааму и Йохан сделали дамскую сумочку. Из матрешек, составленных одна на другую, получились ножки деревянного табурета. Из валенок — ботинки на шнуровке. Дизайнеры используют форму луковичного купола, чтобы спроектировать перфорированные деревянные абажуры и детские погремушки. Грибочек или яблоко, простые образы, которые в детстве воплощались в елочных игрушках, становятся деревянными, увеличиваются в размерах и превращаются в сумочки с кожаной ручкой-петелькой. Многие вещи сделаны для детей. По принципу матрешки создано несколько остроумных сувениров, один из них — кукла из пяти деталей, которую можно одеть в четыре наряда, или фантазия на тему происхождения мира: в ките прячется тюлень, в тюлене — пингвин, в пингвине — рыбешка и так далее, а заканчивается все маленьким кальмаром. Самое основательное из коллекции «Секреты России» — табуреты. Стульчики о трех ногах, расписанные под хохлому, полые фигурки матроны в платочке и мальчика в кепочке, на которых можно сидеть, а внутрь — складывать игрушки, и стул-грибок, под шляпкой которого живут мишки и белочки. Иронично и очень по-русски выглядят вышитые на черном тряпичном браслете золотистыми нитками «ролексы» — аксессуар для мужчин.

img_5210

Горячий финский интерес к России можно объяснить по контрасту с протестантским аскетизмом, заложенном в культуре северных стран. Финский модернизм использует более сдержанную цветовую схему, чем центрально-европейский: черный, белый, серый и цвет натурального дерева — этакие вариации на тему ноября. Обращаясь к полихромным гаммам предметов русского народного промысла, дизайнеры умеют оценить их буйство, но проявляют и финский подход, сохраняя натуральный цвет материала или добавив всего капельку краски.