Жизнь и смерть полковника Блимпа (The Life and Death of Colonel Blimp). Режиссеры Майкл Пауэлл и Эмерик Прессбургер, 1943. Из цикла "100 фильмов, которые мне нравятся".

91wbUuMQONL__SL1500_

Среди стран, обычно фигурирующих в разговорах о национальном характере, Англия занимает одно из ведущих мест. Причем зачинателями таких разговоров обычно являются сами англичане. Для них, судя по всему, национальность – не просто факт, а предмет рефлексии.

Для других народов тема национальной идентичности приобретает актуальность в определенные исторические моменты. Скажем, во время войн. И это понятно: в такие моменты важно внушить обществу сознание себя как некой надындивидуальной общности. Такова задача пропаганды. А любая пропаганда оперирует максимально доходчивыми идеями и лозунгами. Их простота – залог успеха, критерием которого служит охват максимально широкой аудитории: в идеале пропаганда должна дойти до каждого члена социума, независимо от его культуры, образования и умственных способностей. Те же, чьи культура, образование и умственные способности выше среднего, отнюдь не являются основной аудиторией пропаганды – раз уж они в меньшинстве, то и ориентироваться на них не стоит. Правильнее будет задействовать это меньшинство в качестве авторов пропагандистских посланий.

Однако у этого правила есть по крайней мере одно исключение – это фильмы двух англичан (один из которых был, вообще-то, венгерским евреем, эмигрировавшим в Британию после прихода к власти нацистов), Майкла Пауэлла и Эмерика Прессбургера, создававшиеся ими в годы второй мировой войны [1]. Все они содержат в себе патриотический, пропагандистский месседж. Но формулируется этот месседж не прямо и в лоб, а в ходе идейной полемики, с учетом контраргументов, выслушиваемых вежливо и внимательно, а также с изрядной долей самоиронии. Такие фильмы могли появиться только в Англии. Ни в какой другой стране никому не пришло бы в голову снимать нечто подобное, а если бы и пришло, цензура остановила бы производство на стадии чтения сценария. Ведь когда эти фильмы выходили на экраны, немцы бомбили Лондон. Казалось бы, до дискуссий ли тут?..

Между тем сама идея «Жизни и смерти полковника Блимпа» (первого и лучшего фильма «военной серии») имеет полемический и, я бы сказал, диалектический характер.

Персонаж по имени Блимп вовсе не является его героем в буквальном смысле этого слова. Полковник Блимп – это герой сатирических комиксов Дэвида Лоу, придуманный автором еще до войны, ограниченный консерватор, живущий памятью о великом прошлом Британской империи и не замечающий, что мир вокруг меняется. Толчком к появлению полковника Блимпа послужил случайно подслушанный автором разговор двух военных, рассуждавших о том, что офицерам кавалерии следует разрешить носить шпоры в танках. Пытаясь со своей колокольни судить об этом мире, герой Дэвида Лоу произносит длинные монологи, изобилующие несуразностями и внутренними противоречиями. Его можно было бы сравнить с персонажами Салтыкова-Щедрина, но полковник Блимп – существо хоть и воинственное, но безобидное. Сам Лоу называл его олицетворением тупости, но добавлял при этом, что «тупицы бывают очень милы». У полковника Блимпа большой живот, лысая голова и длинные усы. Легче всего его найти в турецкой бане, завернутым в полотенце, – привычка, напоминающая о колониальных нравах.

813rCRb3a1L__SL1500_ Джеймс Мак-Кекни (лейтенант Уилсон ) Спенсор Тревор (Клайв Кенди в старости).

«Жизнь и смерть полковника Блимпа» – фильм-загадка. Начинается он издалека. В 40-е годы такая структура фильма казалась настолько непривычной и «авангардной», что в американском прокате повествование «спрямили»: дали все события в хронологической последовательности. (Для сравнения можно вспомнить, что в американском кинематографе 40-х годов, например, в film noir, где повествование тоже часто строится как флэш-бэк, закадровый голос подробно комментирует переход из одного времени в другое, да и вообще все «разрывы» в сюжете.)

Английское командование решает провести учебную операцию, инсценирующую вторжение врага. Согласно плану, регулярные войска будут штурмовать Лондон, а отряды ополчения попробуют дать им отпор. Начало операции назначено на 12 часов дня. Но лейтенант Уилсон (Джеймс Мак-Кекни), которому поручено возглавить атаку, решает подшутить над противником и провести ее раньше, так что возглавляющий ополчение отставной генерал-майор Клайв Кенди (Спенсор Тревор) не успеет и опомниться, как все будет кончено. К тому же, полагает лейтенант, реальный противник – то есть немцы – давно наплевали на все правила. Стоит напомнить об этом твердолобому викторианцу вместе с его горе-бойцами. И вот десант лейтенанта Уилсона, не без приключений, врывается в парилку, где и берет в плен разомлевшего генерала, как две капли воды похожего на героя комиксов – тот же живот, та же лысина, те же усы и то же полотенце вокруг чресл.

Это и есть бесславная смерть полковника Блимпа – не реальная, конечно, а символическая. Вслед за этим мы переносимся на 40 лет назад, когда лейтенант Кенди (Роджер Ливси) возвращается в Англию из Южной Африки после англо-бурской войны, награжденный своим первым крестом Виктории за храбрость. Здесь он получает письмо от некой Эдит Хантер – живущей в Берлине англичанки, с которой он лично не знаком и которая возмущена поведением немецкого репортера Каунитца, клевещущего на британскую армию. А поскольку официальные органы не намерены реагировать на пропагандистские инсинуации, Клайв Кенди решает действовать на свой страх и риск.

Так начинается история жизни Клайва Кенди, будущего полковника Блимпа – той жизни, в ходе которой он приобрел свои живот, лысину и усы, свое пристрастие к турецким баням и грудь, полную орденов и медалей. Под комической маской ретрограда обнаруживается лицо человека, посвятившего всю свою жизнь служению родине, храброго, преданного и великодушного.

TLaDoCB2 Роджер Ливси (Клайв Кенди).

«Полковника Блимпа» сравнивали с «Гражданином Кейном», где тоже реконструируется биография главного героя: у репортера, ведущего расследование, есть ключ, случайно оброненный самим Кейном, но он не знает, где находится дверца, открываемая этим ключом. Он ее так и не найдет – в отличие от зрителя, выясняющего, что дверца – это детские санки, а скрываются за нею воспоминания героя о том нищенском рае, из которого он когда-то был насильственно вырван. Этот приватный мир невидим из перспективы неаутентичного внешнего мира, где прошла жизнь Кейна. Но и внешняя реальность не существуют с точки зрения герметически замкнутого, пребывающего вне времени и становления приватного мира. В итоге все идет прахом: после смерти героя в мире не остается ни следа его живого присутствия – одни бессмысленные и мертвые черепки.

В «Полковнике Блимпе» тоже имеется ключ: нечто такое, перед чем бессильно время, камень, попавший в русло ручья и навсегда определивший его течение. И это тоже воспоминание о главном событии в жизни героя, о первой и главной утрате, обрекающей человека на попытки ее восполнить. Характерно, что для Кейна олицетворением утраты служит вещь, а для Клайва Кенди – человек. Ибо Кейн живет в солипсически замкнутом мире, а Клайв Кенди живет с другими и для других. Если утрата Кейна хранится нетронутой за семью печатями – ничто не может ее компенсировать и если бы не предсмертная оговорка, то ни намека на нее не просочилось бы вовне, – то утрата Кенди постоянно напоминает о себе посредством восполняющих ее субститутов. Она – как валюта, пущенная в оборот. Такая утрата не менее фатальна, но она отнюдь не означает полное и окончательное поражение. Напротив, только потеряв нечто, можно попытаться обрести что-то взамен.

Пауэлл и Прессбургер воплощают эту мысль простым и гениальным способом. Актриса Дебора Керр исполняет в фильме роли трех разных женщин – Эдит Хантер, первой, неузнанной и безвозвратно потерянной любви лейтенанта Кенди; Барбары Уинн, жены бригадного генерала Кенди, встреченной им в госпитале во время первой мировой войны; и Энджелы «Джонни» Кэннон, личного шофера овдовевшего генерал-майора Кенди, отобранной им среди семисот претенденток. Это «тождество в различии» видит не один только зритель, экранному миру не принадлежащий и потому не идущий в счет. Его замечают и персонажи, живущие в той же реальности, что и главный герой, – вернее, один из этих персонажей, прусский офицер Теодор Кречмар-Шульдорф (Антон Уолбрук), с которым Клайва Кенди связывают узы дружбы и общей памяти. Кому, как не ему, знать, что за дверцу отпирает золотой ключик? Даже в своей заветной тайне «полковник Блимп» не одинок.

В качестве друга и одновременно соперника и оппонента Клайва Кенди Теодор Кречмар играет ключевую роль в контексте той идейной и исторической полемики, которая ведется на протяжении всего фильма. В узком смысле это полемика против фашизма, в широком – против антигуманизма любого толка. Биография прусского офицера служит примером того, что даже хороший и умный человек легко может оступиться, что грань, отделяющая верность от фанатизма, тонка. Но ошибка поправима, одуматься всегда можно – было бы на что опереться.

Генерал Кенди – патриот с человеческим лицом. Его старомодные представления о чести, его мягкость и наивность обеспечивают ему иммунитет против всякого тоталитаризма и неуклонно направляют по «срединному пути». Остается только подивиться близорукости Уинстона Черчилля, запретившего экспорт этого фильма в Америку из-за карикатурного изображения фигуры английского офицера. Хотя, как знать: возможно, Черчилль был как раз дальновиден и понимал, что далеко не все смогут адекватно считать содержание столь необычной апологии «старой доброй Англии». Меньшинство же, способное его понять, пропагандой в расчет не принимается – я уже об этом говорил.

TLaDoCB1 Спенсор Тревор (Клайв Кенди в старости).

В структуре «Полковника Блимпа» угадывается классическая триада «тезис – антитезис – синтез», где тезис – это героическое в том простом виде, который обычно и встречается в пропагандистском искусстве; антитезис – это дегероизация, снижение героического образа («полковник Блимп» Дэвида Лоу), а синтез – его восстановление, регероизация. Как и полагается, в конечный пункт диалектического путешествия идея прибывает обогащенная собственной противоположностью. В нашем случае это означает, что регероизация не прямо отрицает дегероизацию, а включает ее в себя – комические, «блимповские» черты в характере и облике Клайва Кенди напоминают об этом.

Приближаясь к концу своей истории, Пауэлл и Прессбургер словно предостерегают зрителя от поспешных суждений. Только узнав «полковника Блимпа» поближе, мы получаем возможность и право судить его. А ведь это произошло лишь благодаря тому, что кто-то всеведущий рассказал нам его историю. В жизни такое случается редко.

Нам жаль несчастного старика, над которым так легко и так жестоко посмеялся зеленый юнец. Однако Клайв Кенди не нуждается в жалости. Конечно, он расстроен случившимся, но если подумать: разве не является его поражение его же победой? Всю свою жизнь он служил Британии, и теперь, когда британская армия провела успешную операцию, у него тоже есть повод для гордости. И что по сравнению с ней мелкая личная обида? Она рассеивается, как дым.

Полковник Блимп умер, да здравствует полковник Блимп!


 

[1] В 1943 году Пауэлл и Прессбургер основали компанию «The Archers» («Лучники»), просуществовавшую до 1957 года.