Победителем в конкурсе на адаптацию здания Европейского университета стал Жан-Мишель Вильмотт. Петербург показал, что форму он предпочитает идеологии, а аристократическую красоту – прогрессу. А Европейский недвусмысленно намекнул на то, что пока не готов превращаться в подобие московского института «Стрелка».

2013_09_12_Wilmotte Конкурсный проект Жана-Мишеля Вильмотта

В Европейском университете сегодня царит атмосфера вполне себе обычного постсоветского учебного заведения, со всеми его запахами, закоулочками, чайными принадлежностями и милой женщиной на входе. Реконструкция делается сразу с двумя целями. Первая, практическая, состоит в том, чтобы привести здание в порядок, сделать его чистым, приятным и увеличить площадь, которой уже явно мало для постоянно растущего количества студентов. Вторая, идеологическая, была заявлена в названии конкурса: «Европейский университет: выход в город».

Одним из принципиальных обстоятельств конкурса явилось само здание, построенное в середине XIX века, в котором частично сохранились и интерьеры. Конкурсанты все как один отметили необыкновенную запутанность в планировке помещений. В ОМА, со свойственной этому бюро любовью к статистике, насчитали в бывшем особняке целых двадцать четыре уровня. Кроме того, чтобы внести ясность во внутренние пространства, не затронув исторически ценных фрагментов, архитекторам нужно было добавить к ним еще две тысячи квадратных метров полезных площадей.

В итоге, в средствах участники оказались довольно-таки ограничены: все вынуждены были сносить часть внутренних стен, все использовали внутренние дворы и крышу. Несмотря на это, проекты получились принципиально разные: прогрессивно-идеологический у ОМА, прагматично-нейтральный у Эгераата, спекулятивный у Сергея Чобана.

oma2 Конкурсный проект бюро OMA

egeraat3 Конкурсный проект Эрика ван Эгераата

tchoban2 Конкурсный проект Сергея Чобана

Проект Вильмотта — и самый, в хорошем смысле слова, консервативный, и самый профессиональный. Он напоминает о том, что архитектура — это не только искусство и продукт интеллектуальной деятельности, но еще и ремесло, требующее опыта и тщательности. Жан-Мишель Вильмотт не предлагает никаких радикальных концепций. Он аккуратно размещает помещения по этажам, довольно равномерно распределяя роли между ними, не делая резких акцентов. Он оставляет на месте максимальное количество существующих сейчас стен здания и сохранившихся элементов старого интерьера. Он единственный из участников, кто не поддался очарованию широких общих пространств, хотя и не забыл в нескольких местах сделать вертикальные переходы.

Из отдельных удачных находок, демонстрирующих исключительный профессионализм француза, стоит отметить внутренний двор, перекрытый на уровне второго этажа. С одной стороны, это позволяет использовать в нем два уровня, оставив на втором площадь для открытой террасы. С другой – не тратить энергию на обогрев гигантского объема. Наконец, таким образом Вильмотт сохраняет уцелевшую решетку существовавшего когда-то Зимнего сада особняка. Выбор французского проекта в Петербурге, где представления о красоте традиционны, а к современной архитектуре относятся настороженно, вполне понятен.

wilmotte2 Конкурсный проект Жана-Мишеля Вильмотта

Более неожиданным кажется то, что главным конкурентом Вильмотта в процессе совещания жюри был Рем Колхас, чей проект, как казалось во время презентации, не имел вовсе никаких шансов. Архитекторы бюро OMA предлагали достроить во дворах за зданием прозрачный прямоугольный объем, который был бы виден с другого берега Невы, что в Петербурге редко вызывает понимание. Однако радикализм проекта состоял даже не в этом. По сути, он делал весь университет последовательностью широких пространств, представляя, тем самым, Европейский в качестве открытого, прогрессивного заведения, где обучение происходит в процессе общения. С первых же страниц презентации в качестве примера идеального образовательного учреждения приводится московский институт медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка». В одном месте ОМА напрямую позаимствовали элемент двора «Стрелки» – большую лестницу в качестве аудитории. Отдельно тронула лояльность Рема Колхаса к никотину: один из слайдов заманчиво рассказывал о том, как самые лучшие мысли приходят к нам за кофе и сигаретой. Европейский в таком варианте должен был превратиться в городской форум — место, где не только учатся, но и просто встречаются и проводят время.

oma1 Конкурсный проект бюро ОМА

oma3 Конкурсный проект бюро ОМА

Обаяние «Стрелки», при всех ее недостатках, действительно огромно, и понятно, отчего члены жюри чуть было не поддались ему вслед за Ремом Колхасом. Тем не менее, в итоге они все-таки проголосовали за нечто противоположное. Вильмотт меньше, чем кто-либо из участников, стремился превратить здание в открытую городскую площадку. Он вообще больше думал про фактуры поверхностей, чем про идеологию, так что в результате спроектировал «вещь в себе». Он предлагает не изменить место, а улучшить его. Европейский университет, хоть и обещал в названии проекта совершить выход в город, будет делать его очень осторожно — не через раскрытые ворота, а через узкую калитку со звонком, которую следует аккуратно за собой закрывать, чтобы не наделать шуму.

wilmotte3 Конкурсный проект Жана-Мишеля Вильмотта

Проект Вильмотта имеет все те же достоинства и недостатки, что и баночка духов Climat, которая, сколько я себя помню, стояла у моей бабушки в секретере. Он не модный, и поэтому никогда из моды не выйдет. Любой промах рискует превратить его аристократизм в претенциозность. Наверное, Европейский университет такой и есть — во всяком случае, таким себя видит. И едва ли его можно в этом упрекнуть. Полученное на «Стрелке» образование, говорят, вызывает гораздо меньше восторгов, чем процесс обучения.