Илья Трушевский «Юла». AL gallery, 26 сентября — 20 октября 2013.

img_6837

С художником Ильей Трушевским я знаком давно: осенью 2007 года на традиционном проартовском фестивале в Музее железнодорожного транспорта показывали инсталляцию «Вагон», очень точно передавшую ощущения ночного поезда. До этого были «Мухи», его студенческая работа на выпускном курсе Про Арте 2004 года, взятая затем в основной проект второй московской биеннале, - там мухи наползали на политическую карту мира. Еще было «Метро», инсталляция с сочащейся сквозь окна вагона метро темной маслянистой жидкостью, не особенно удавшаяся в пространстве большого и светлого зала «Этажей».

Сразу несколько выпускников Про Арте в это время увлечены биоморфными формами. На границе органического и неорганического располагают тему своего искусства Влад Кульков, Milk&Vodka (Стас Багс и Петр Папасов), ее же продолжает сейчас работающий отдельно Багс. У Ильи, - что отличает настоящего художника, - всегда было больше идей, чем можно реализовать. Отличительной чертой своего таланта художник сделал эффектную и стильную мрачность. Даже в инсталляции «Сладкое» (2008), центром которой был фонтан из клубничного «Фэйри», первоначально планировались большие конфеты из битума, опасного для здоровья. На видео, показанном Трушевским на персональной выставке «Точки света» в ноябре 2009 года в заброшенной конструктивистской подстанции, размерами подобной готическому собору, было заснято долгое приближение огней поезда снежной ночью. Там же зрителю удавалось наблюдать проблески света сквозь вибрирующую металлическую трубу, теряющуюся под потолком «Красного знамени». Для рисунков на выставке «Асфальт» в московской галерее Ираги художник использовал огромные куски снятого с мостовых асфальта.

Трушевский продолжал работать и старался выставляться, даже когда стал обвиняемым по уголовному делу. Видеоинсталляция на выставке «Виз-а-ви» в рамках биеннале молодого искусства в ГЦСИ сильно отличалась по интонации от соседних с ней работ: исполняя какой-то ритуал, художник волок к вырубленной им на кронштадском льду проруби чугунную батарею.

img_6868

Выставка «Юла» в AL gallery тоже выделяется среди вернисажей начала осени: прежде всего, ей открывается новый этап в работе художника Трушевского, и аппелировать к историческим примерам от Жана Жене до Варга Викернеса здесь нет нужды.

В центре экспозиции, на черном подиуме из неструганных реек — пятисантиметровый металлический волчок, юла. Как выяснилось, точно такие же, обычно из дерева, изготавливают на фрезерных станках для себя в качестве игрушки заключенные колонии в Металлострое. Юла Ильи Трушевского весомая и блестящая — ворох металлической стружки, которая остается при ее изготовлении, выставлен тут же. Напротив - сточенные резцы по металлу. Никогда не повторяющие одна другую металлические спирали крупно и портретно написаны на больших холстах акрилом по черному фону. Живопись Трушевского сейчас далека от перфектности, ведь он начал писать картины только в колонии. Изображение тех же форм продолжено на металлических пластинах, покрытых гравировкой. Было бы интересно попробовать получить с них оттиски на бумаге, но пока что они понимаются автором как самостоятельно существующий элемент инсталляции. Металл может быть покрыт охристой ржавчиной или уже отполирован, но абстрактный рисунок на нем обладает неожиданной формальной красотой, и по силе воздействия на материал сравним с работой Ива Кляйна над металлом при помощи огнемета.

img_6968

Прообраз этих форм угадывается как нечто среднее между Гюставом Моро и Хайнцем-Руди Гигером: то символистская перламутровая ракушка, то диплоподии или останки Чужого. Единственный элемент выставки, выполненный не самим художником — это видео при входе, на нем полный цикл вращения юлы (его снял московский фотохудожник Сергей Шахиджанян).

img_6980

С одной стороны, Илья Трушевский пытается следовать принесшей ему в свое время успех постконцептуалистской образности в широком ее понимании, - то есть основным средством становится наведение некоего «поля», в котором оказывается зритель. С другой стороны, от конкретной судьбы автора этих работ теперь невозможно абстрагироваться, а их темой является реальность его нынешнего существования за колючей проволокой. Так или иначе, подходить к искусству Трушевского с прежними схемами более невозможно, это ясно.

img_7009

За два дня до вернисажа в AL gallery Третьяковская галерея открыла выставку «Министерство труда и занятости», часть новой экспозиции современного искусства. Там Илья Трушевский представлен инсталляцией из смежного с показанным в Петербурге цикла «Резцы», - на холстах изображены резцы по металлу. В контексте выставки в Третьяковке эта работа гораздо больше говорит о труде, - причем черном, ежедневном и подневольном, - чем произведения левых художников-марксистов вместе взятых. Вопрос, что перед нами: краеведческая экспозиция вроде музея трудовой славы, или все-таки современное искусство? Зритель, не знающий об Илье Трушевском, не догадается на выставке о судьбе художника и обстоятельствах создания работ. В такой автономности от фактов биографии автора видится очередное проявление глобализма в искусстве: ведь уже давно стало безразлично, откуда и где живет автор, владеющий языком контемпорари арта. Но открытие выставки в AL gallery показало, что случившееся три с лишним года назад до сих пор вызывает резонанс у части художественного сообщества.

Громкая история - обвинение Трушевского в изнасиловании и затем его осуждение, - стала едва ли не первой, когда за развитием событий следили, не отрываясь от клавиатуры, и все считали себя обязанными высказаться. Свой символический капиталец увеличили, наверное, все ее косвенные участники, вплоть до ничтожнейшей троцкистской группы «Комитет за рабочий интернационал». По мере развития скандала многие были неприятно поражены не только самим фактом, но и степенью открывшейся агрессии, перекинувшейся с личности художника на современное искусство в целом: социальные сети предавались изощренным лагерным фантазиям по поводу судьбы обвиняемого. «Суд Линча онлайн», - написала тогда в фейсбуке художник Маша Сумнина.

В 2010 году Николай «Спайдер» Палажченко решил выделить Трушевского, вручив ему собственный приз в рамках премии «Соратник». Долго после этого на асфальте у Винзавода можно было различить трафаретные граффити «Изнасилование - не искусство!», хотя целью акции было не оправдывать, а только оказать моральную поддержку художнику, которого пытались выкинуть из искусства. Теперь, после известия о выставке «Юла», редактор влиятельного аналитического арт-издания в своей записи в фейсбуке сожалеет, что Трушевский «не сгнил в лагерном Аиде», а один из ведущих авторов этого сайта, известный петербургский критик пишет, что галерею, выставляющую его, стоило бы забросать тухлыми яйцами.

img_7100

Металлическая юла Ильи Трушевского на выставке прикреплена к подиуму проволокой. Ее можно взять в руки, но нельзя запустить, - таков прозрачный образ нынешнего положения ее автора. Галерея отправила приглашение на выставку начальнику колонии, в которой содержится Трушевский, и это не pr-ход, а очень нужная помощь: теперь можно будет рассчитывать, что заключенный художник получит если не мастерскую, то место для занятий. В условиях, в которых он оказался, художник думает о новом проекте: как говорят, тема и стиль следующей серии работ будут кардинально отличаться от показанных в AL gallery на выставке "Юла".