Экспансия российской инди-музыки на Запад продолжается. Альбом Tropical московской группы Pompeya, уже ставший местной классикой, выходит в США на двойном виниле. ART1 встретился с парнями, чтобы выяснить, как они стали «группой из Бруклина».

2013_10_24_Pompeya_3 Группа Pompeya это Наири Симонян, Саша Липский, Даниил Брод и Денис Агафонов. Недавно к квартету присоединился перкуссионист Ваня "Драго". Фото: Дима Софин

Релиз пластинки в Америке - довольно редкое событие для русской группы. Что нужно сделать, чтобы оказаться на западном лейбле?

Денис Агафонов: На самом деле никаких границ нет. Любой музыкант может выпускать альбомы за рубежом, если он делает интересную музыку, и тут не надо отличаться суперспособностями или иметь много денег.

Наири Симонян: У группы Motorama тоже вышел винил во Франции.

Даниил Брод: Мы не согласны с тем, что это исключительное явление. А что в этом, собственно, исключительного? Если наш альбом выпустит какой-то действительно крупный лейбл, тогда можно будет сказать, что это событие. А инди-лейблов в мире просто миллион и это просто пластинка на инди-лейбле.

Как сложилось ваше сотрудничество с бруклинским лейблом No Shame?

Наири: Можно сказать кратко: на нас вышли, мы переписывались, потом поехали-присмотрелись, потом вернулись, снова присмотрелись, и так все и сложилось. Но на самом деле интересно совершенно другое.

Денис: Да, как раз когда мы писали первый альбом Tropical...

Саша Липский: …а было это в Подмосковье в деревне Орлово, у мистера Хьюмана...

Денис: ...у которого есть студия и ресурсы. Наири, будучи осведомленным человеком, и...

Саша: ... и имея джимейл...

Денис: …решил писать про нас на западные блоги.

Даниил: Да, решил поспамить про нас на Запад.

Денис: Причем тем материалом, который у нас имелся на тот момент, и делал эту рутинную, упертую работу Наири.

Саша: Одним из адресатов был некто Джонни с американской студенческой радиостанции в Майами.

Наири: И вот он получил, ему понравилось, и он поставил нас на радио. В это же время по Майми едет на машине наш потенциальный доминиканский «папик», хотя он наш ровесник.

Саша: Это была песня Slaver, а надо сказать, их студенческое радио не похоже ни на какие наши радиостанции.

Даниил: И эта песня его зацепила настолько, что...

Наири: ...он пытается ее зашазамить, чтобы слушать в машине — не шазамится. Он звонит на это радио, узнает, что это был за трек, что за группа. И вот он пишет нам письмо. Которое я получаю, еще не выйдя из аэропорта в Москве, куда мы прилетели после записи второго альбома Foursome. То есть я еще домой не вошел, и вижу огромное письмо. Звоню Дане, спрашиваю: видел-нет? Там чувак странный пишет нам: прямо бросайте все, я покупаю вам билеты, приезжайте.

Даниил: Да, он поначалу был адский. Говорит — приезжайте, месяц потусуемся в Майами, познакомимся. Мы говорим — концерты сделай нам, тогда мы приедем. Страшно же ехать просто так.

Саша: Это молодой доминиканский олигарх.

Наири: Короче, мы с ним общаемся, добиваемся конкретики, чтобы сделал концерт. И вот он их делает, мы играем несколько концертов и снова возвращаемся домой. Думаем, что делать дальше. И тут нам пишет еще один человек, который предлагает быть нашим агентом. Поскольку у нас уже был лейбл, мы направили его на лейбл, но у них что-то не сложилось. И вот когда мы с Сашей и с женами в следующий раз приезжаем в Лос-Анжелес — уже просто отдохнуть, то встречаемся с ними обоими — этим агентом и лейблом. К чему я это все рассказываю — оказывается, что этот агент это и есть тот парень, который поставил нас на радио! Так что круг замкнулся, и он теперь наш менеджер.

Саша: Все полностью совпало, потому что владелец лейбла — это человек, который услышал нас в машине по радио, на которое нашу песню поставил наш будущий менеджер!

Денис: С одной стороны — это такая американская мечта...

Все: Это великая доминиканская мечта!

Денис: Дайте мне сформулировать мысль — это пример того, что поступательные движение к успеху имеют смысл. Если 50 семян посеять, одно точно прорастет.

Даниил: Так что ничего исключительного — это закономерно.

2013_10_24_Pompeya_LP_front_original

Вы никогда особо не говорили о таком уж сильном стремлении к успеху, хотя все, что с вами происходит, говорит о его наличии.

Даниил: Мы — скромные, зачем нам самим об этом говорить? Когда мы придем к успеху — об этом будут говорить все.

Саша: Скажи — будет говорить и стар, и млад, и даже животные заговорят.

Даниил: Мы не обсуждаем цели, наше дело — идти к ним, а говорить об этом — дело прессы.

Альбом 2011-го года Tropical, который сейчас переиздается в США, наполовину состоит из песен вашего следующего альбома Foursome (2012). Как был сформирован американский релиз?

Даниил: Идея объединить альбомы пришла в голову лейблу.

Наири: Потому что за рубежом нас толком никто и не знает пока.

Даниил: На момент, когда с ними подписывались, у нас было два готовых альбома, а в США ни одного релиза не было. Поэтому они взяли материал с обоих.

Наири: Наше желание было сохранить название Tropical и обложку. Для нас это все-таки не измененный альбом Tropical, а компиляция.

Для вас есть принципиальная разница между Tropical и Foursome?

Даниил: Второй альбом был попыткой достичь того качества, которого хотелось на первом. В итоге не вышло, потому что студийного времени было немного. Но концептуально это одна линия, как оказалось по прошествии года. Foursome — это доделанный Tropical. Поэтому их можно смело объединять стилистически в одну историю.

Было ли что-то изменено в характере звучания, чтобы материал на обновленном Tropical «склеился»?

Денис: Да, естественно. Мы заморочились с мастерингом, решив довести новую пластинку до ума. Когда мы работали над альбомом Foursome в Лос-Анджелесе, там были применены некоторые студийные приемы, которые более подвластны западным продюсерам. И теперь нам пришлось кое-что «подпилить».

Даниил: Нам пришлось пересвести треки с Foursome в стиле Tropical — мы превратили новый альбом в старый. У нас просто не было возможности сделать наоборот, поэтому мы как бы «ухудшили» качество песен со второго альбома.

Сами винил коллекционируете?

Даниил: Это вот эти парни коллекционируют (показывает на Наири и Сашу). Я собрал коллекцию из одной пластинки «Мумий тролля», которую у меня отняли.

Наири: Сколько? Даже не знаю — много.

Саша: У него так много пластинок, что он уже открыл магазин у себя на балконе.

Ваш американский лейбл красочно продвигает альбом, в поддержку которого уже сняты новые экзотические клипы.

Саша: Наш друг придумал сценарий и сам снялся в главной роли в клипе на Power. То есть он ничего не придумывал, это реальная история из 1970-х. В Сан-Доминго жил такой парень, современный Робин Гуд, который днем вкалывал, зарабатывал бабки, чтобы вечером перевоплотиться и раздавать детям и беднякам бабло и делать их жизнь лучше. Я не помню, как его звали.

Клип на Slaver мы снимали в пустыне при температуре градусов в 50. Это был настоящий металлургический завод в пустыне.

Даниил: Третьим синглом будет 90, клип на который сняли мы уже сами.

Денис: Мы работаем на два фронта — с одной стороны наш бруклинский лейбл что-то подкидывает.

Даниил: Они вкладывают деньги в то, что снимают они, мы же сняли за свои деньги еще один клип. Мы не договаривались о такой стратегии, сначала речь шла о синглах 90 и Slaver. Power они сняли вообще без нас и прислали посмотреть, для нас это стало сюрпризом. Я посмотрел — мне Power понравился даже больше, чем Slaver, там есть история.

Pompeya известны именно как квартет, где невозможно выделить одного участника-лидера. В ваших текстах неоднократно встречается мотив дружбы. Это важное для вас понятие?

Денис: Вот прямо сейчас, если воткнуть булавку в данной временной точке, это однозначно самое главное для нас!

Даниил: Да?

Денис: Да, только благодаря дружбе мы все и держимся.

Саша: Иначе бы мы давно уже кучу ядовитых дротиков друг в друга выпустили.

Наири (кивает): Попытки были.

Денис: Так что да, Даня, я тебе потом объясню. Если ты подумаешь, поймешь, о чем я сейчас говорю.

Саша: Дома поговорим!

Создается впечатление, что Pompeya играет музыку для летнего праздника. Это и дальше так будет? Расскажите о том, куда вы двигаетесь?

Даниил: Вот от этого как раз уже пора уходить, раз сложилось такое впечатление. Мы двигаемся степ бай степ. Осень у нас насыщенная, выходит пластинка, клипы новые, посмотрим, какой пойдет фидбэк. И самое ближайшее — мини-тур в Штатах в поддержку этого релиза.

В сети можно найти ваши ранние записи, и они звучат абсолютно по-другому. В какой момент вы открыли для себя вот эту немного ленивую прифанкованную интонацию?

Даниил: Старые записи были ужасны. У нас есть четкое разделение между нашими «эпохами», до и после песни Cheenese.

Денис: Мы очень переживали, потому что у нас поначалу была импровизационная группа — мы бухали, джемили, репетировали.

Даниил: А потом возникла студия...

Денис: ...на которой мы могли зависать. Тогда мы открыли другой подход — записывать то, что мы делали.

Даниил: Cheenese cоздавалась совсем по-другому, это уже полностью студийная вещь. И вот взять две песни 2008 года — Cheenese и Inviters. Первая до сих пор для меня актуальна, а вторая кажется смешной, глупой, наивной, с этим подражанием британскому акценту.

Саша: Это был поиск себя.

Даниил: За несколько месяцев мы прошли путь от тинейджеров до осмысленных ребят. Просто нас распирало от желания изменений.

2013_10_24_Pompeya_2 Фото: Дима Софин

Приходится ли вам что-то менять в себе, чтобы играть на международном уровне?

Даниил: Рубли на доллары.

Саша: Все, ты уволен! Ты плохо пошутил.

Даниил: Как я могу быть уволен?

Александр: Из клуба юмористов ты уволен.

Наири: Приходится меняться, чтобы делать каждый следующий шаг.

Даниил: Каждый новый круг требует изменений. Каждая песня, каждый альбом. Что-то добавляешь, и ты уже никогда не тот, кем был раньше. Но в плане конъюнктуры — ничего такого менять не приходится.

Наири: Все наши шаги мы делали собственными силами. Мы с самого начала сами вели свои дела, делали первые концерты, и, имея всего несколько синглов, разогревали Travis и Stereophonics. Просто потому что все, что от нас требовалось — от демо-записей до постеров для концертов — мы делали хорошо.

Даниил: Следующий большой шаг — это фестиваль SXSW в Остине, и, возможно, выпуск весной нового альбома, над которым мы понемногу работаем в Москве. Промоушен нашей пластинки Tropical и мини-тур могут открыть новые горизонты, поэтому у нас есть козыри в загашнике, но мы готовы к разным вариантам.

Концерт и интервью с группой состоялись в Библиотеке имени Маяковского на "Дне открытой библиотеки" 19 октября.

Винил Tropical в продаже с 29 октября, альбом уже в продаже.

Фото: Дима Софин.