Закончился очередной фестиваль британского кино, в отличие от прочих национальных смотров, имеющий миссию — доказать, что кризиса в кинематографе королевства нет. И год за годом эту миссию с треском проваливающий. При этом следить за тем, что происходит в британском кино, ничуть не менее интересно.

alan-partridge-alpha-papa «Алан Партридж: Альфа-отец» (Alan Partridge: Alpha Papa). Реж. Деклан Лоуни

Мало какой стране так не повезло с национальным кинематографом, как Британии. С самого начала: брайтонскую школу, с которой английское кино началось, лекторы, как правило, опускают за ненадобностью. Про фильм д'ар как худший извод экранизации и на примере французских галантных пьесок студентам можно рассказать без привлечения туманных лент из Королевства. «Золотой век» — фильмы Ричардсона по пьесам «молодых рассерженных» вроде «Вкуса меда» и «Оглянись во гневе» — тушуется за накладными ватными плечами Годара и Трюффо, которые показывают язык через Ла-Манш, по-нашему — Бритиш Ченел. Священные коровы, от Хичкока до Нолана, если и нарождаются на заливных лугах, тут же отплывают за океан зарабатывать очки. Даже те, что продолжают жить на родных просторах и получают «Ветви» — вроде Кена Лоуча, god bless him, как говорится — в пантеон богов не попадают. Любимые родственники, наезжающие из своей тихой гавани — не более того. Разве что Стив МакКуин, выходец из современного искусства, лауреат премии Тернера — но он вроде тоже уже одной ногой в американской индустрии со своими сексоголиками, на родине же только устроил двухчасовой митинг с «Голодом» про голодовку IRA и был таков. Сэм Тейлор-Вуд, даром что скропала аккуратную агиографию Джона Леннона на экране, тоже упаковала чемоданы — теперь ваяет «Пятьдесят оттенков серого» на радость завсегдатаям лавок на колесах «Книги по 50 рублей». Так что, когда собираешь национальную программу, не отстреляешься, как в случае с Германией, пачкой региональных гордостей: вот вам Петцольд из Берлина, турок из Гамбурга и еще вот конечно баварская страшилка про девочку и ее злых родителей-ретроградов. Гордость нации — не условно скрытая зона, вылезающая на поверхность ради фестивалей и ретроспектив, а крепкие телефильмы и костюмные драмы. В прошлом году, например, тот же фестиваль открывала «Анна Каренина», потом вызывавшая баталии в прокате. Так что если идти по принципу ВДНХ — достижения народного кино за прошедший год — придется устроить коллективный просмотр нового сезона «Шерлока», старого сезона «Улицы потрошителей» и еще стопки сериалов плюс пары-тройки предпремьерных показов. И пусть подавятся, англоманы чертовы, хипстеры, понимаешь.

Но вроде что-то сдвинулось. Телемувика в программе этого года — и то условных — полтора. Первый — убойный хит для тех, кто в теме, единственная приманка, «Алан Партридж: альфа-отец» со Стивом Куганом. Дух BBC (не королевских летчиков — телеканала) витает и правит только тут, но нельзя же совсем без главной новостно-зрелищной институции обойтись. Полнометражного перерождения кугановского фирменного героя, журналиста Алана Партриджа, ждали долго, лет десять. Сдается, не столько как бенефиса любимого персонажа, сколько как точки окончательно соприкосновения медиа и киноискусства, важных составных элементов британского кино на протяжении долгого (кто-то говорит — слишком) времени. Но с премьерой, похоже, затянули — свидетельств сращивания медиа и кино с появлением цифры стало сильно больше. Приход художников и телевизионщиков в полный кинотеатральный метр — тому свидетельство. Не говоря уже про технику — техничность в смысле всего современного кино, не только британского, это именно изобретательность с приставкой «медиа». У британцев такого добра — полные карманы, с цифрой, картинкой играть тут умеют. Живущий в Голландии англичанин Гринуэй вообще был на ниве медиакино первопроходцем — игрался с полиэкранами и чистым изображением из пикселей, когда нынешние экспериментаторы в тетрис разве что резались. Да и выглядят они куда убедительнее, чем затяжной прыжок с телеэкрана на кинематографический.

alan-partridge-alpha-papa_2 «Алан Партридж: Альфа-отец» (Alan Partridge: Alpha Papa). Реж. Деклан Лоуни

Второй, «Лето в феврале» — куда интереснее. Им и открыли нынешний фестиваль — чтобы усыпить бдительность. Режиссер Кристофер Менол мастерски разворачивает во времени и пространстве биографию художника Маннингса, его приятеля Гилберта Эванса и их общей подруги: это определенно опять «кино художника» (на эту ветвь, видимо, вся надежда британцев), пейзажи и стиль времени ничуть не менее (а чаще — более) интересны ему, чем кто с кем спал и что из этого, пардон, вышло. При этом режиссер-сериальщик вовсе не идет проторенной дорожкой — кустики, камушки, шляпки, твид, файв-о-клок — а напяливает костюм сапера и отправляется закладывать динамит в щели стойкой избушки костюмного байопика. В первую очередь, лихачит по части актеров — главную героиню, общую герлфренд двух героев, играет застолбившая себе местечко в неформатном кино Эмили Броунинг (она впечатляюще-отважно дебютировала в «Спящей красавице», где ее героиня раз за разом отдавалась пожилым извращенцам во сне). Красавчик Доминик Купер в главной роли, конечно, не нововведение, но тут Менол смывает с него весь налет слащавости — не любуется, а скептически так, исподлобья смотрит на весельчака-художничка. В чем есть своеобразный героизм. Да и треугольник получается не типовой и не равнобедренный. Муж-жена-любовник-друг — это не честный малый с усами (ну или без), томливая барышня и паренек с прибабахом, а троица раздолбаев, устраивающих секс-драгз-рок-н-ролл на лоне природы, только без указанных составляющих. Наконец, для аккуратного телемувика «Лето» слишком откровенно — физиологично, жестко, хлестко и безжалостно. В телевизор такое не пускают даже в англиканском обществе.

summer-in-february_2 «Лето в феврале» (Summer In February). Реж. Кристофер Менол

На пейзажности, живописности играет и Пол Райт в «За тех, кто в море» — правда, здесь не буколики, а виды рыбацких деревушек и суровый быт обладателей лодок и сетей. С другой стороны — дебютант шлет привет праотцам, тем самым «молодым рассерженным» с их любовью к неправильной изломанной жизни и покрытому мхом кирпичу как ее прямой визуальной метафорой. Вообще в смысле источников вдохновения и цитирования Райт даже для дебютанта — почти как искусствовед, за один такой список использованной литературы обычно ставят «отлично» автоматом. Сюжет представляет собой игры на тему моряцких песен и легенд про чудищ, пожирающих путников в шторм, помимо расшаркиваний перед Ричардсоном, имеются пламенные приветы меланхолии Лоуча, плюс еще небольшие видеооткрытки коллегам и старшим товарищам со всех концов Европы — в диапазоне от «медленных» испанцев-португальцев до Филиппа Грангрие. В итоге из всего этого вороха Райт умудряется-таки составить какую-никакую стройную картину (мира в том числе), сводит концы с концами, дебет с кредитом и вполне убедительно ставит знак равенства между национальной традицией, европейскими тенденциями и собственными идеями. Кто-то же должен был это сделать.

for-those-in-peril-2 «За тех, кто в море» (For Those In Peril). Реж. Пол Райт

Правда, куда круче и живее, без лишних картинок и экспрессии на пустом месте это получается у анонимного дуэта режиссеров, выступающих под псевдонимом Джонс — лиц своих ребята не прячут и охотно раздают парные интервью, но как называются по паспорту, не колются. Уже интересно — такой кинематографический Бэнкси (тоже, кстати, национальное достояние родом из визуальности). Но дальше имен мистификация не идет — на деле все проще и чище. И нечего расстраиваться — так только лучше. Вроде меланхолии в их фильме «Все когда-нибудь умрут» — вагон и маленькая тележка, парень встретил девушку (такие сюжеты еще пересказывают в синопсисах, называя героев Он и Она). Имен нет, профессиональные занятия предельно невнятные и красивые, жизнь обречена, вокруг безнадежность. Только вот во взаимоотношения со всем этим режиссеры вступают примерно в такие же, как и авторы популярных демотиваторов с Пухом и Пятачком, воспевающих тлен. Только во втором случае сразу понятно — дедушка шутит, не бойся маленький, он понарошку про конец света говорит, а в первом кое-кто успевает искренне поверить, что парни специально шифруются, дабы их не путали с сотней таких же зануд. Ирония тут есть — чем дальше, тем толще, а к концу и вовсе доходит до уровня тех самых демотиваторов. Но главное в фильме с названием как у паблика — отточенность формы. Даю руку на отсечение, Джонс — это парочка еще каких-нибудь лауреатов Turner Prize, без опыта видеоарта так овладеть работой с пространством на экране и встраивания в него фигур героев никак невозможно.

everyones-going-to-die_jones «Все когда-нибудь умрут?» (Everyone’s Going To Die). Реж. Джонс

На фоне всего этого медиастана вставным зубом, вынужденной поблажкой смотрится «Остров Спайк» Мэта Уайткросса, выступление в жанре «любимые песни только для вас». В общем, без брит-рока называться британским хоть фестивалю, хоть закусочной неприлично: в «Острове» компания приятелей отправляется слушать группу Stone Roses, которая собирается давать концерт на заброшенном заводе. Путешествие, естественно, оборачивается ста днями после детства, музыка всех связывает, кого надо — развязывает. Но даже здесь двухчасовое произведение на вечную тему «эх, молодость» оборачивается скорее цифровой симфонией с видами, композициями и закатными пейзажами. Что-то сломалось в британском королевстве, если живописность перешибает рок даже на своей территории. Этак скоро Люсьена Фрейда выпусти против «Битлз» — и тот четверку порвет.

spike-island «Остров Спайк» (Spike Island). Реж. Мэт Уайткросс

Окончательно этот пир визуальности закрепляется самым внушительным фильмом фестиваля — «Выставкой» Джоанны Хогг, ученицы Дерека Джармена. Начнем в того, что главные роли играют Вив Альбертин, гитаристка группы The Slits, и Лиам Гиллик, участник окончательно канонизированных Young British Artists. Лучше названия и найти было нельзя — это именно что полуторачасовой перформанс про возможности современного мира и не менее актуальной съемочной и звукозаписывающей техники. Презентация — слово «с дурным шлейфом», но тоже подойдет. И без того тяготеющая к сплаву кино с современным искусством, Хогг здесь окончательно перешла границу второго — «Выставка» оказывается наглядным пособием по слиянию и поглощению сюжета трюками, а фабулы — фокусами.

exhibition_joanna_hogg «Выставка» (Exhibition). Реж. Джоанна Хогг

Принимая во внимание коду фестиваля — те, кто заносчиво считает британское кино явлением второго (третьего) ряда, рискуют обжечься. Во-первых, кто сказал, что завтра Хогг не отправится вслед за соотечественниками в Штаты строгать экранизацию Джонатана Франзена. Во-вторых, даже если нет — короля играет свита, поэтому лучше понимать, что происходит во втором ряду и не падать от этих новостей в обморок, чем впериваться взором в премьеров-позеров. Кстати, главный герой открывавшего фестиваль «Лета» — тоже художник хороший, мастеровитый, но не Пикассо. Лошадок рисовал. Только, как следует из «Лета», жизнь мастеров средней руки ничуть не экстравагантнее, чем похождения ангелов и демонов. Считайте это национальным кредо.