Ближайшей весной вся Европа будет отмечать знаковую дату – 200-летие падения Наполеоновской империи: 30 марта 1814 года союзные войска Шестой антифранцузской коалиции вступили в Париж и 6 апреля во дворце Фонтенбло «проклятый Корсиканец» отрекся от престола. В преддверии этого юбилея мы публикуем сатирическую гравюру Чарльза Уильямса «Поставщики. Бони подан. Лакомый кусочек для Европы» [1], вышедшую в свет 10 ноября 1813 года.

Чарльз Уильямс. Поставщики. Бони подан. Лакомый кусочек для Европы. Офорт. 10 ноября 1813. Чарльз Уильямс. Поставщики. Бони подан. Лакомый кусочек для Европы. Офорт. 10 ноября 1813.

Рассматриваемая карикатура является мгновенным откликом лондонского карикатуриста на знаменитую «Битву народов» под Лейпцигом (16–19 октября 1813), в ходе которой соединенные силы России, Пруссии, Австрии и Швеции разбили французские войска. На тот момент это стало крупнейшим сражением в мировой истории [2]: на поле битвы сошлись полмиллиона человек при 2000 орудий. Потери наполеоновской армии превысили 70 000 человек, потери союзников – 50 000 (в Битве народов погиб один-единственный англичанин (!) и до 23 000 русских солдат и офицеров, а также семь русских генералов). Именно поражение под Лейпцигом привело к отступлению Наполеона во Францию и окончательному его разгрому весной следующего года.

Как известно, банкеты и приемы, официальные ужины и неофициальные встречи в ресторанах являются в сегодняшней России наиболее распространенным способом «решать вопросы» – как в бизнесе, так и в государственном управлении. Разумеется, так было и прежде (хотя сегодня нам это подчас сложно представить) и потому изображение монархов, вершащих судьбы континента за обеденным или карточным столом – например, поедающих или делящих «Пирог Европы» – с давних пор встречалось в карикатуре. В данной гравюре европейские государи представлены не как едоки, но как поставщики нового кушанья для всей Европы. В качестве главного блюда подан сам Наполеон, а гарниром служат его генералы, сражавшиеся в битве под Лейпцигом – Жозеф Суам, Жан Луи Ренье, Огюст де Мармон, Жак Макдональд, Жак Лористон и другие – все они изображены со связанными за спиной руками. 02 1813 10 нояб БОНИ ПОДАН фрагмент Поставщиков пятеро – это члены антинаполеоновской коалиции за круглым столом: монархи России, Австрии, Пруссии, Швеции и представитель Англии. Именно они определят будущее всей Европы, сокрушив гегемонию Франции [3]. Все они в военных мундирах. Слева в зеленом мундире сидит император Александр I, который, судя по всему, председательствует на этом банкете. Указывая на кушанье, он обращается к сидящему рядом императору Австрии Францу I: «Я думаю, австрийский Брат, это блюдо полюбит вся Европа». Тот отвечает: «А я думаю, русский Брат, они оценят гарнир!». Рядом с ними, меланхолично подперев голову рукой, сидит король Пруссии Фридрих Вильгельм III в форме прусских лейб-гусарских полков (и с характерной кокардой «мертвая голова»). Он произносит: «Сейчас, пожалуй, слишком высокий спрос на французское блюдо – как ни на какое другое…»

01Интересный диалог разворачивается справа – между шведским кронпринцем Бернадотом, одетым в голубой мундир со звездой Ордена Меча, и британским уполномоченным при союзных армиях, генерал-майором сэром Чарльзом Стюартом, сидящим к зрителю спиной (на спинке его кресла – королевский герб Англии). Бернадот говорит: «Мы должны сократить количество нежелательных продуктов прежде чем сможем создать из этого законченное блюдо; что вы скажете, Стюар(д)т банкета?». Генерал Стюарт (чья фамилия обыграна в реплике, ибо напоминает слово «стюард», то есть распорядитель банкета), держа в руках кошелек с ярлыком «Субсидия», отвечает: «Я согласен с Вашим высочеством! Джон Булль предпочитает умеренность». Историческая подоплека этого диалога – заключенный 3 марта 1813 года стокгольмский договор о военном союзе между Англией и Швецией. По нему Швеция обязалась вступить в войну с Наполеоном в обмен на английские субсидии и признание её притязаний на Норвегию. Позже Стюарт оказывал давление на Бернадота, не слишком охотно воевавшего с Наполеоном на немецких землях, приберегая свою армию для захвата Норвегии.

Союзников-поставщиков со всех сторон обступили одетые в гражданское платье представители других стран, высказывающие свое отношение к поданному блюду.

Между Александром I и Францем I стоит король Вюртемберга Фридрих I. Он изображен непомерно толстым, поскольку славился своим огромным ростом (2 м 11 см) и весом (около 200 кг). Он говорит: «Молю, разделите это блюдо с Вюртембергом». «И с Баварией, если позволите!», – вторит ему баварский король Максимилиан I.

Стоящий в центре толстый Голландец, коверкая слова и мешая английский с голландским, произносит: «Гром и молния! Сей блюдо придется по нраву мой жена!..» Столь же восторженны стоящие правее швейцарец: «Вильгельм Телль не смог бы придумать лучшего блюда, я надеюсь, мы отведаем его!» и итальянец: «Клянусь богом Любви! Это блюдо лучше, чем макароны!..» Голландия, Швейцария и Итальянские королевства были зависимы от Франции, но победы союзников вновь даровали им суверенность.

У правого края листа, молитвенно сложив руки, стоит саксонский король Фридрих Август I. Он со слезами шепчет: «Боже мой, боже мой! Надеюсь, они не подадут в качестве блюда бедного старого короля Саксонии!». Саксония воевала на стороне Наполеона и после битвы под Лейпцигом Фридрих Август был взят союзниками в плен. [4]

Этот красочный офорт по всей видимости пользовался популярностью у публики, известна даже его пиратская перегравировка в зеркальном развороте.

Итак, перипетии европейской политики двухсотлетней давности представлены здесь как table talk, благодаря чему перед нами предстает живой образ истории, – прав был великий русский коллекционер гравюры Дмитрий Александрович Ровинский, когда писал: «ловкий карандаш карикатуриста <…> рассказывает всю суть дела <…> проще и нагляднее, чем целые томы подлинных документов…» Однако после Ровинского прошло еще около ста лет, прежде чем историки, филологи, социологи, политологи, а также представители ряда иных академических дисциплин стали относиться к карикатурному образу как к ценному историческому документу, визуальному источнику информации, носителю духа своего времени.

03 1805 Пудинг в опасности Джеймс Гилрей. Пудинг в опасности, или Эпикурейцы за ужином. Офорт. 26 февраля 1805. [Британский премьер-министр У. Питт и Первый консул Наполеон Бонапарт делят мир: Англия отрезает себе мировой океан, а Франция – Европу].
04 1898 Китайский пирог m Рейем [Анри Мейер]. В Китае: Пирог королей… и императоров. Литография из «Le Petit Journal». 16 января 1898. [Английская королева Виктория, немецкий император Вильгельм II, император Николай II и японский император Мэйдзи делят китайский пирог. За ними – Марианна (персонификация Франции) и представитель династии Цин. 100 лет назад сверхдержавы не церемонились с Китаем…]


[1] В заглавии карикатуры использована уничижительная кличка Boney, присвоенная Бонапарту англичанами; к тому же каламбурно соотнесены слова Boney и Bonne Bouche (лакомый кусок).

[2] И оставалось таковым вплоть до Первой мировой войны.

[3] Сегодня, 200 лет спустя, аналогом той пятерки с некоторой долей условности можно назвать пять постоянных членов Совета Безопасности ООН: Китай, Российскую Федерацию, Соединенное Королевство, Соединенные Штаты и Францию. Любопытно, что и на нашей карикатуре, и в Совете Безопасности стол – круглый, атрибут демократического равноправия сидящих за ним.

[4] Статья представляет собой фрагмент готовящегося петербургским издательством «Арка» исследования: «Медведи, казаки и русский мороз: 100 лет русской истории в английской карикатуре (1730–1830-е гг.)». Это издание станет наиболее масштабной работой по данной теме, первым опытом своеобразной визуальной истории России.