Дэвид Тибет, основатель великой группы Current 93, уже более тридцати лет на сцене. За это время от шумового индастриала он пришел к тишайшим балладам, от кроулианства к тибетскому буддизму, затем — к христианству, а среди тех, с кем он записывал музыку, были Дженезис Пи-Орридж, Джон Бэланс, Стивен Стэплтон, Ник Кейв, Энтони, Марк Алмонд, Бьорк и Саша Грей.

2013_12_02_MYRNINEREST

В декабре Тибет снова приезжает в Россию — уже не с Current 93, а с новым проектом Myrninerest. Но как бы ни менялись времена, музыкальные стили и люди вокруг, в его песнях всегда присутствуют образы и мотивы, кочующие от альбома к альбому. Накануне петербургского концерта английский поэт и музыкант устроил для ART1 экскурс в глубины собственного воображения и рассказал о скрытых цитатах, детстве в раю и котиках.

Проект Myrninerest посвящен Джону Бэлансу (Coil), погибшему в 2004 году.

Кроме Тибета в нем играет еще один узнаваемый персонаж — гитарист Current 93 Джеймся Блэкшоу.

О детстве

Тема детства в творчестве Тибета играет огромную роль: цитаты из детских песен и стихов, сэмплы с детскими голосами, многочисленные отсылки к детской литературе. Дэвид родился и первые годы жизни провел не в Англии, а почти в другом мире — в Малайзии. Сам он говорит, что переезд был для него травматичным опытом — чем-то вроде изгнания из рая, а мотив утраты стал в его творчестве постоянным.

— То, что я родился в Малайзии, не могло на меня не повлиять. Я считаю себя наполовину малайзийцем, наполовину англичанином. Меня по-прежнему привлекает восточная культура. Я немного говорю по-малайски, по-китайски и по-тамильски. Но в школе, когда учился бок о бок с малайскими и китайскими детьми, я ощущал себя англичанином. Жизнь там, в Малайзии, казалась мне раем, и переезд в Англию поначалу был для меня разочарованием.

Я не помню, какую первую книгу я прочитал в детстве — может быть, что-то из Энид Блайтон? (английская писательница, автор детективных историй для детей — А. Е.) Я с ранних лет любил Библию, в классическом английском переводе, известном как Библия короля Якова. Еще я читал Толкиена, Клайва Степлза Льюиса и его «Хроники Нарнии». Когда мне было 14 или 15 лет, я написал первый рассказ, навеянный творчеством Кларка Эштона Смита, друга и единомышленника Лавкрафта. И примерно тогда же написал первую песню. Но она никогда не была записана.

All the Pretty Little Horses — народная детская колыбельная, вошедшая в одноименный альбом

1996 года, одну из версий которой исполнил Ник Кейв.

О поэзии

Из всех дарк-фолковых групп Current 93 — наиболее литературоцентрична. В песнях Тибета можно встретить отсылки к самым разным культурным традициям: от Паскаля и Лотреамона до авторов анонимных раннехристианских трактатов. Помимо музыки, Дэвид занимается и литературно-издательской деятельностью. К примеру, если бы не он, творчество графа Эрика Стенбока сейчас было бы известно лишь специалистам по литературе английского декадентства конца XIX века. Выпускает Тибет и сборники своих стихов.

Time Tryeth Truth — песня на стихи малоизвестного английского поэта XVII века Генри Кинга.

— Я не считаю себя ни поэтом, ни музыкантом, ни художником, а просто делаю то, что у меня получается. Переводить мою поэзию сложно хотя бы потому, что в ней много неологизмов и отсылок к очень личным вещам — к чему-то такому, что знаю только я один. В моих песнях часто появляются цитаты из самых неожиданных источников. Например, Earth Covers Earth — это надпись на могильной плите, я увидел ее, бродя по старому кладбищу.

Тексты альбома Of Ruine or Some Blazing Starre когда-то были переведены на французский, но этот альбом гораздо проще, чем более поздние. К тому же, по-французски я говорю, и считаю, что существующие переводы очень хороши. Русского я не знаю и не готов по достоинству оценить эти переводы, хотя могу, конечно, спросить у друзей, которые им владеют. Знаю также, что меня переводят на венгерский.

Группа «Банда Четырех» исполняет русскоязычный кавер на Hitler As Kalki.

О религии

Значительную часть творчества Тибета занимают стихи и песни религиозного содержания. С юности Дэвид интересовался оккультно-эзотерическими учениями и был убежденным кроулианцем. Во многих песнях конца 1980-х – начала 1990-х годов отчетливо прослеживается интерес к индуистской и буддийской традициям. Его вообще привлекает Ближний Восток — Сирия, Ирак, Израиль, Египет, где он никогда не был. На протяжении вот уже многих лет он проявляет большой интерес к коптскому языку. В традиции коптской церкви есть что-то, очень созвучное миру Тибета: святые на иконах, одновременно напоминающих фаюмские портреты и детские рисунки, вполне могли бы стать персонажами песен Current 93. Начиная с альбома Thunder Perfect Mind, название которого заимствовано из ранних гностических текстов, в творчестве Дэвида намечается христианский поворот, а из иконоборца он превращается в иконописца.

— Об Алистере Кроули я узнал в совсем юном возрасте. Сейчас я его редко перечитываю, но не так давно я писал предисловие к книге его рассказов, и многие из них мне до сих пор нравятся. Хотя его магическое учение меня давно не интересует.

Сейчас я считаю себя христианином, причем ортодоксальным . Ортодоксальным в том смысле, что я верю в Христа как Сына Божия, который воскрес из мертвых и явится миру во второй раз. Я не экуменист и не верю в равенство всех религий. Но при этом не отношу себя к конкретной церкви и в храме бываю от случая к случаю. Мне близок католицизм, нравятся сами богослужения, свечи, статуи.

Я изучаю коптский язык и коптскую культуру. Библия и раннее христианство для меня представляют особый интерес, равно как и небиблейская культура того времени — шумеро-аккадская. Мне как-то снился сон, где я стоял перед длинным рядом металлических дверей, покрытых клинописью. Смотрел на них и ничего не мог понять. Я проснулся с мыслью расшифровать надписи. Конечно, эти языки очень трудные и их изучение продвигается довольно медленно, тем более, что у меня немало других дел. Но у меня очень хороший учитель.

Из стран, где я никогда не был, мне очень хотелось бы побывать в Израиле. Давно планирую туда съездить, но каждый раз что-то мешает. Надеюсь, в следующем году мне все же удастся посетить библейские места.

Тибет поет песню Jerusalem Саймона Финна. Этот английский фолк-музыкант — еще одна находка лидера Current 93. После выхода дебютного альбома Pass the Distance в 1970-м году, Финн уехал в Канаду, где занялся сельским хозяйством. Известность пришла к нему в середине 2000-х, когда Дэвид Тибет заново открыл его миру, переиздав пластинку на своем лейбле Durtro.

О кошках

Кошка для Тибета — это своеобразный посредник между человеческим и божественным, между видимым и невидимым, символ чистоты и мудрости. Он очень любит английского художника Льюиса Уэйна (1860–1939), рисовавшего исключительно кошек, причем в человеческом обличье. У Уэйна кошки играют в бильярд и карты, пьют чай, слушают оперу — фрагменты этих картин неоднократно использовались в оформлении альбомов Current 93.

Песня Bloodbells Chime из альбома All the Pretty Little Horses вдохновлена образами Льюиса Уэйна. Тибет поет:

Все, что имеешь, подари котятам.

На могилу Уэйна поставь блюдце с молоком.

И тогда перед тобой отворится

дверь в страну кошачью… (перевод А. Е.)

— О Льюисе Уэйне и его кошках я впервые прочитал в юности в то ли в какой-то научно-популярной энциклопедии, то ли в журнале. Меня всегда привлекали странные, эксцентричные люди. С тех пор картины Уэйна всегда у меня перед глазами.

Я очень люблю кошек и не могу представить без них свою жизнь. За что? Наверное, за их энергию. Хотя сложно сказать. Вот у вас, допустим, есть жена. Нельзя же однозначно ответить на вопрос, за что любишь свою жену — вот так же и с кошками. Я не могу объяснить, за что я их люблю, потому что это не выразить словами. Но когда я их вижу, мое сердце радуется. Когда я переехал в Гастингс, у меня было семь кошек, теперь осталось только две. Одной из них уже 23 года. Когда кошки становятся старыми, они мяукают так, словно чувствуют приближение смерти.

О настоящем

Cегодня Тибет изучает шумерский и аккадский языки, слушает много старой музыки и совсем скоро выпускает альбом с Current 93. Судя по всему, диск будет весьма необычным. Достаточно сказать, что на нем будет звучать такой нехарактерный для дарк-фолка инструмент, как саксофон, а играть на нем будет человек, от жанра бесконечно далекий — Джон Зорн.

— Слушаю я многое. Джаз, церковные хоры, кроме того — The Groundhogs, ELO. Я рос на Yes, Emerson, Lake & Palmer, T.Rex, Sweet. Люблю традиционный афроамериканский блюз. Еще — Ширли Коллинз, народную музыку, старинную музыку, например, Палестрину. Недавно я записал кавер на Love Will Tear Us Apart. Конечно, Joy Division, были выдающейся группой, но это, что называется, не совсем моя музыка.

Забрасывать Current 93 я не собираюсь. Новый альбом будет называться I Am The Last of All the Field That Fell. В его записи принимали участие Ник Кейв, Энтони Хегарти, Джон Зорн. Он выйдет в феврале 2014 года.

Русская культура мне интересна. Я очень люблю Гоголя, Достоевского. Большое влияние на меня оказал Владимир Соловьев, особенно его «Краткая повесть об антихристе», опубликованная в Англии отдельной книгой, и «Видения Софии», над которыми он работал в Лондоне. Из русской музыки я восхищаюсь Скрябиным, Мусоргским, Николаем Обуховым. Я люблю православные русские песнопения. Россия — большая и интересная страна, и я бы хотел узнать о ней больше.

Myrninerest выступят в Центре Курехина 6 декабря