Днем 1 февраля стало известно, что Елена Баснер обвиняется в участии в мошенничестве при продаже поддельной картины Бориса Григорьева.

2014_02_03_Basner Grigorev

Суть дела в следующем: в сделке по приобретению коллекционером Андреем Васильевым полотна Бориса Григорьева 1913 года «В ресторане» Елена Баснер в 2009 году дала устное положительное заключение о подлинности работы. Между тем, в собрании Русского музея хранится работа Григорьева «Парижское кафе», поступившая из собрания известного коллекционера Бориса Окунева, причем именно Елена Баснер описывала коллекцию при поступлении ее в музей. В 2011 на выставке Бориса Григорьева в Русском музее была показана работа, аналогичная композиции, приобретенной Васильевым, - причем о существовании ее авторских копий либо реплик не известно. Работа из фондов музея не появлялась на выставках до 2011 года, то есть для возможного изготовления высокопрофессиональной копии автору необходимо видеть картину в запасниках, чтобы как минимум переснять ее. Дело осложняется тем, что спорную работу, приобретенную Васильевым, Баснер держала в руках, и некоторое время она находилась у нее дома. Таким образом, искусствовед обвиняется в содействии мошенничеству.

Спорная картина была приобретена Васильевым за 250 тысяч долларов. Вызывает удивление, что совершая серьезную покупку, опытный коллекционер не отдал работу на экспертизу, удовольствовавшись провенансом, хотя в современном мире даже история владения произведением фальсифицируется.

Надо отметить, что у Андрея Васильева серьезная репутация, и среди коллекционеров он считается очень влиятельным. Заявление в полицию Васильев написал в 2011 году — в так называемый «антикварный» отдел оперативно-розыскной части № 3 ГУ МВД России по Петербургу и Ленобласти. Летом 2012 года он написал уже письмо на имя министра культуры Владимира Мединского, в котором просил провести проверку запасников Русского музея. Тогда же музей выступил с заявлением, разъяснив свою позицию в следующих решительных словах: «В Русский музей работа Григорьева с названием “Парижское кафе” (внешне похожая на принадлежащую г-ну Васильеву картину «В ресторане»), поступила в 1984 году из коллекции Бориса Николаевича Окунева. Он, в свою очередь, приобрел ее в 1946 году в антикварном магазине. Что происходило с этой работой с 1913 года (год ее создания) до 1946 года (год приобретения Окуневым), кто и когда мог ее скопировать, и был ли вообще такой факт – это пока неведомо никому. Теоретически за это время ее могли скопировать много раз. Никто не знает также, не передавал ли Борис Николаевич Окунев оригинал из своей коллекции между 1946 и 1984 годом для каких-либо небольших выставок, не оставивших следа. Или, возможно (как было принято у старых коллекционеров), на некоторое время менялся с другими коллекционерами какими-то работами. То есть никто точно не знает, что могло происходить с этой работой с 1913 по 1984 год. Но такого рода предположения почему-то не приходят в голову Васильеву, считающему себя опытным коллекционером, и он выдумывает все новые и новые версии с явной целью разрушить деловую репутацию Русского музея».

В августе 2013 года Андрей Васильев добился приема у начальника следственного комитета Александра Бастрыкина в Петербурге, который и распорядился инициировать заглохшее к тому времени дело. В рамках следствия и была сейчас арестована Елена Баснер. Помещение в СИЗО известного искусствоведа, а прежде всего женщины почтенного возраста, вызвало шок у всех. За последнее десятилетие многим стало очевидно, чем руководствуется российская судебная система при вынесении жестких репрессивных решений. Так, первое судебное заседание по изменению Елене Баснер меры пресечения было экстренно собрано 2 февраля, и в нарушение закона стало фактически закрытым: из-за отсутствия судебных приставов в выходной день в зале суда не смогли присутствовать ни пресса, ни сочувствующие. В результате, еще на 72 часа был продлен арест.

2014_02_03_Basner

До 2003 года Елена Баснер работала в Русском музее, в последние годы она является экспертом по русскому искусству шведского аукционного дома Bukowskis. Совместно с учеными Елена Баснер запатентовала метод датировки произведений живописи, основанный на радиоизотопном анализе, который позволил радикально усовершенствовать борьбу с фальшивками. Суть этого метода кратко изложена ей в статье: «В живописи с начала 1950-х годов присутствуют эти самые элементы — цезий 137, например, и другие. То есть если в красочном слое обнаруживаются эти элементы, картина наверняка написана после 1945 года». Этот научно точный метод датировки был обнародован в 2008 году, а с 2009 года развивается дело о фальшивке Григорьева.

Сейчас друзья, родственники, неравнодушные коллеги Елены Баснер выступают с письменными обращениями на имя судьи, прося суд принять решение о мере пресечения, не связанной с лишением свободы.

В деле нет ясности, и она не скоро появится, однако уже сейчас можно говорить как минимум о двух вещах. Первое: непоправимый урон нанесен не только авторитету и деловой репутации известного искусствоведа, но и всему экспертному сообществу. Второе: беспрецедентным является случай заключения эксперта под стражу. Третье: Русский музей, несмотря на сделанные ранее заявления, вынужден будет обозначить свою позицию не только по этому делу, - следователи теперь неминуемо придут в музейные отделы и фонды. ART1 будет следить за развитием событий.