Франсуа Тэмер (Francois Theimer) — пожалуй, самый авторитетный эксперт по старинным французским куклам и игрушкам не только во Франции, но и во всем мире. Его работы знают и высоко ценят исследователи и коллекционеры. Историей игрушек мсье Тэмер занимается более тридцати лет — пишет книги, читает лекции в Национальной высшей школе изящных искусств в Париже, выступает в качестве эксперта на аукционах.

2014_01_26_dolls-2 Автомат «Карусель».Renou, 1910—1920-е годы. Фото: Григорий Талалай

— Франсуа, кого вы считаете родоначальником французской кукольной индустрии?

— Настоящей кукольной королевой Франции стала мадемуазель Урэ (Huret). Конечно, ее появление в то время не было случайным. Чтобы общество имело хорошую игрушку, оно должно находиться на высокой ступени развития. Например, у древних греков и римлян, много внимания уделявших воспитанию детей, уже существовали куклы. А в Европе только в XVIII веке развитие искусства и новое восприятие детского мира дали первый толчок кукольному производству.

Урэ открыла небольшую кукольную фабрику в Париже в 1850 году и выпускала всего сто кукол в год. Она многое сделала впервые. Пригласила профессиональных скульпторов, которые создавали сначала головы в натуральную величину, а затем уменьшали ее до кукольных размеров. Запустила производство кукол с шарнирами в суставах и с крутящейся головой. Никто раньше не использовал «бисквитный» необожженный фарфор, позволявший делать кукол с тонкими одухотворенными лицами. Мадемуазель Урэ впервые предложила куклу-девочку, а не распространенную в то время «взрослую даму». Раньше кукол раз и навсегда одевали в платье, которое зашивалось так, что его нельзя было снять. А она ввела такое понятие, как кукольный гардероб. Пригласила талантливых кутюрье, создавших специальную одежду для кукол, которая пользовалась таким невероятным успехом, что в 1863 году в Париже открыли около трехсот дорогих магазинов, где продавались только кукольная одежда и аксессуары. Одни специализировались на обуви, другие торговали роскошными зонтиками или шляпками. Это были сказочные лавки: все миниатюрные вещи изготавливались вручную, с необычайным мастерством и вкусом. Появление одежды для кукол привело к тому, что родители обращались к Урэ с просьбой сшить такие же платья и для детей. Так во Франции появилась детская мода!

2014_01_26_dolls-1 Автомат «Дрессировщица». Roullet & Decamps. 45 см, 1890. Фото: Григорий Талалай

История дома «Урэ» (Huret) насчитывает почти восемьдесят лет. Среди последующих владельцев было немало женщин. А самой последней в 1921 году стала, между прочим, полячка с русским паспортом, эмигрировавшая во Францию в годы Первой мировой войны. Ее фамилия — Лазарски. Кстати, женщины, приехавшие в те годы из России, сыграли определенную роль в развитии кукольного производства во Франции. Русские привнесли определенный стиль в куклу из текстиля: немного странноватые, с отрешенными лицами.

— Французские куклы, о которых мы с вами говорим, доминировали до начала ХХ века. Что произошло потом?

— А потом немцы все более и более агрессивно захватывали рынок. Война с Германией сделала еще более актуальным вопрос о возрождении французской куклы, так как в 1914 году импорт из Германии прекратился и надо было обходиться собственной продукцией. Французские аристократки обратились к художникам и скульпторам с просьбой помочь создать новый образ. Однажды на выставке Альберта Марка, который, кстати, был женат на русской княжне, увидели бюст девочки и попросили его сделать по этой отливке куклу. Начали сбор средств, проводили благотворительные акции, и в конце концов было выпущено всего около ста экземпляров кукол от Альберта Марка: все ростом 55 см, одетые в исторические костюмы и подписанные автором. Они производились по единственной отливке всего полтора года. Выпуск прекратился, так как новая кукла не пользовалась спросом. Зато сейчас она одна из самых дорогих и желанных среди коллекционеров: цены на нее достигают $ 200 тысяч.

2014_01_26_dolls-3 Автомат «Клоун». Roullet & Decamps. 46 см, 1890. Фото: Григорий Талалай

Во время Первой мировой войны много мужчин погибло на полях сражений, после чего рождаемость резко снизилась. Фабрики игрушек разорялись одна за другой. И тогда игрушка «повзрослела». Появились салонные куклы для интерьера, так называемые будуарные: удлиненные формы и мягкие тряпичные тела, расписанные красками лица из шелка или хлопка. Их изготавливали вручную в парижских художественных мастерских с 1915 года до начала 1940-х. В этих куклах воплощалась новая эстетика: влияние Пуарэ, освобождение от корсета, текучие линии. А после Второй мировой войны демографическая ситуация изменилась, и надо было, наоборот, расширять производство и выпускать много игрушек — дешевых, с использованием новых синтетических материалов. Но это уже совсем другая история.

2014_01_26_dolls-5 Кукла Huret. XIX век. Фото: Григорий Талалай

— Уже даже в России, где коллекционирование антикварных кукол только-только зарождается, знают про ваши книги: двухтомную энциклопедию по французским куклам, серьезные издания, посвященные фирмам «Брю» (Bru), «Жюмо» (Jumeau). Недавно вышел потрясающий альбом по истории модных кукол. Какое издание будет следующим?

— Сейчас я начал работать над большой книгой о французских автоматах. Хотя хорошие исследования на эту тему существуют, речь в основном идет о широко известных производителях — таких, как Ламберт, Виши, Декамп и другие.

Между тем во второй половине XIX века в Париже были совсем небольшие компании, выпускавшие автоматы очень маленькими партиями, многие из которых сегодня крайне редко встречаются или неверно атрибутируются: «Лотирон» (Lotiron), «Фурнье» (Fournier) и другие.

Еще один аспект, который пока мало изучен, — это более поздний этап развития автоматов, когда они стали использоваться в торговле в качестве витринной рекламы и работали на электричестве. Там было много придумок, юмора и выдумки.

Наконец, хотелось бы больше рассказать о человеке, с которого, собственно, все и началось — я имею в виду первого производителя автоматов во Франции Theroude. Он во многом был первопроходцем, и многие использовали потом его опыт. Книга получится, наверное, немного личная: хотелось бы не только снабдить читателя информацией о том или ином производителе, но и рассказать о скульпторах, которые с ними работали, о моих собственных впечатлениях от встреч с настоящими шедеврами среди автоматов.

— Вы иногда продаете коллекции игрушек на аукционах. Любопытно: какой вам особенно запомнился и почему?

— Конечно аукцион c медведями Тедди! Это был сплошной фан и восторг. Дело было так. Умерла одна древняя старушка, которая всю жизнь, с детства, собирала мишек. В ее доме невозможно было ходить: медведи сидели повсюду — за кукольными столами, на стульчиках, в колясочках, даже в кастрюлях. Чтобы просто пройти из спальни в гостиную, приходилось через них переступать. Она имела, конечно, несколько редких и ценных медведей, — таких, как ранний Штайф, например. Но немного. В основном «просто мишки», которым она давала имена и которые со временем старели и менялись вместе с хозяйкой. Когда ее не стало, наследники решили продать коллекцию и обратились ко мне.

С этого момента вокруг меня началась какая-то «мишкомания». Заинтересовалось французское телевидение, подключился парижский магазин игрушек Au Nain Bleu: временно выставили несколько мишек из этой коллекции в своей витрине.

Я вел аукцион в качестве эксперта вместе с профессиональным аукционистом, который продает обычно живопись, дорогую бронзу, сервизы и прочий понятный солидный антиквариат. А тут он попал в другой мир. Иногда он поднимал медведя, поворачивал его к себе мордой и давился от смеха, как мальчишка. «Ты только взгляни, — шептал он мне, — неужели его кто-то купит хоть за пять евро?» Я смотрел и тоже не мог удержаться от улыбки: «беспородный» одноглазый одноухий медведь по имени Спагетти с какой-то уплывающей к виску улыбкой. Мы давимся от смеха, стараясь сохранять благопристойный вид, поворачиваем медведя к публике, и в зале начинается настоящая борьба за него. Этот аукцион сметал все представления об эстимейтах и стал одним из самых замечательных и радостных воспоминаний моей жизни.

2014_01_26_dolls-4 Автомат «Девочка с птичьей клеткой». Ламберт. 48 см, 1885 год. Фото: Григорий Талалай

Впервые опубликовано в журнале "Антиква" №2 2013