Александр Флоренский «Петербургская азбука». галерея дизайна/bulthaup, 28 января — 10 февраля 2014.

2014_02_11_florensky-azbuka-01

Сегодня в России книга художника переживает свое второе рождение. Русский аналог Livre d’artiste востребован, не слишком замкнут в себе, хотя и не слишком хорошо знаком широкой публике. Интерес диагностируется как к истории явления — вспомним выставку Испанской коллекции из собрания Г. Генса и Б. Фридмана (ГМИИ, 2012), роскошные книги из собрания М. Башматова в Эрмитаже (2013), так и к его современному состоянию и возможностям развития. Появляются типографии, специализирующиеся именно в этой весьма затратной и трудоемкой сфере. Например, только в издательстве Тимофея Маркова за последние два года вышло с десяток объектов, как штучных, так и вполне демократичных.

Арт-бук становится интересен не только создателям и узкому кругу любителей. Можно предположить, что сегодняшний всплеск интереса к книге художника — результат тоски по ремеслу в мире смартфонов и планшетов, поиск уникальности в мире технической воспроизводимости, попытка получить вещь с историей.

Вышедший из «митьков» Александр Флоренский — это очень петербургское во всех смыслах искусство. А «Петербургская азбука» — квинтэссенция общих мест, локальных мифов, тайн и историй города. По форме она продолжает «Тбилисскую» и «Иерусалимскую» азбуки художника, по содержанию — ближе к иллюстрациям «Ивана и Данилы» Гребенщикова или к текстам Довлатова.

2014_02_11_florensky-azbuka-22

Как и положено азбуке, петербургская состоит из 33 иллюстраций, по одной на букву. Каждая буква — пейзажная зарисовка топонима. Логика проста, как монохромный детский рисунок: «Э» — Эрмитаж, «Н» — Невский, «Ф» — Фонтанка. В то же время, азбука ведет нас личным маршрутом, вот и «А» здесь не Адмиралтейство, а Музей Арктики и Антарктики, а «М» — Московский вокзал, а не Медный всадник. Иллюстрации активно вовлекают зрителя и заставляют его буквально шаг за шагом проверять собственный алфавит.

«Азбука» Флоренского обаятельна: обрывки фраз, летающих по небу, даты, заметки, имена служат «крючками» — для кого это воспоминания о школьном краеведческом кружке, а для кого — о детских прогулках и бабушкиных рассказах.

2014_02_11_florensky-azbuka-12

Приватное и публичное в «Азбуке» идут вперемешку. Буква «Ы» иллюстрируется Медным всадником в форме исторической справки: «Здание Сената и Синода (Архитектор Карл России)» расположено на «Сенатской площади (с 1923 по 2008 — площадь Декабристов)» рядом с памятником Петру I на постаменте из «“Гром-камня”, найденного казенным крестьянином С.Г. Вишняковым». Буква «Я» — наоборот: «Яхт-клуб на Бычьем острове» нарисован по фотографии, сделанной во время прогулки, на которой не было Яшке, тоже любившего «рисовать лодки и яхты». Впервые прилетев в Пулково, где сейчас «Азбука» также экспонируется, наверное, сложно сразу понять, кто такой Яшке и что еще за Бычий остров. Но, наверное, именно из таких деталей, кусочков и обрывков чужих воспоминаний можно составить портрет города, в котором оказался.