ART1 с гордостью представляет нашего нового колумниста — Дмитрия Озеркова, — руководителя проекта «Эрмитаж 20/21», знаменитого искусствоведа, куратора и устроителя многочисленных выставок современного искусства. Колонка будет называться «52 недели в современном искусстве». И, как можно догадаться из названия, будет представлять собой серию последовательных публикаций, призванных сложиться в единый текст о 2014-м годе, объявленном годом культуры, юбилея Эрмитажа и проведения первой в России крупной международной ярмарки современного искусства — Манифесты. Субъективный авторский взгляд на процессы, происходящие в культурном пространстве, найдет свое выражение в путевых заметках и истории выставок, записях о встречах и наблюдениях от первого лица, размышлениях и снах. Каждую неделю только на ART1. Читайте первые выпуски на этой неделе.

2014_02_12_Nutcracker_1892 Премьерный спектакль «Щелкунчик» в постановке Императорского Мариинского театра, 1892.
Источник: www.music-gazeta.com

ТаАааа-тадатАта-тададАм! Вечером 31 декабря мы в ложе бенуара Кировского театра на последнем предновогоднем «Щелкунчике». Сегодня его исполняют здесь в 776-й раз. Перед началом третьего действия весь оркестр выходит в красных дедморозовских колпаках. Не опоздать бы к новогоднему столу, кстати говоря.

Мне с детства не удавалось просто наслаждаться балетом: аналитический глаз неустанно за что-то цепляется, отвлекает от действия под цитатно узнаваемую музыку. Вот вспомнил не к месту о предстоящей командировке, вот у кого-то в ложе засветился мобильный, вот кашлянул и заерзал сосед… Рассматриваю декорации, сделанные под старину, призванные напоминать немецкий особняк Штальбаума. Вот комната и елка, одновременно похожая на люстру и на торт. Вот какие-то удивительные райские птицы в сверкающих облаках. Вот идеологически как бы невнятный, но музыкально выразительный Мышиный король. Вот вышагивающий тройкой с поворотом русский танец (в этот момент мне вечно мешает некстати всплывающее в голове слово «пристяжная»). Вот бессмысленные китайские болванчики, не способные стать ни резонерами, ни стаффажем.

Почему магия для меня разрушена? Мне приходит в голову, что это, наверное, только моя проблема (моя жена, кажется, завороженно следит за Машей, плывущей в раю любви и счастья позади удивительных птиц). А для кого-то все происходящее есть не что иное, как современное искусство. Современное прежде всего потому, что исполняется здесь и сейчас. Уходя в традицию и неизменно возвращаясь. В 776-й раз. Уходя в новаторство и вновь расцветая бессмысленными в своей вечности и совершенной красоте райскими птицами. Переживания привычны, но всякий раз новы: в них манит покой узнавания, позволяя отмечать мелкие особенности и находить незначительные отличия. Танцоры по-своему, индивидуально творят современное искусство. В зрителях реализуется ежегодная внутренняя готовность к волшебству в возносящейся под купол мелодии. Поход в театр предполагает определенный приятный ритуал с неизменным разглядыванием лож, галантной улыбчивостью в буфете и спуском к оркестровой яме в антракте. Все это старо и современно в одно и то же время. ТаАааа-тадатАтаа-тададАм! Чем не contemporary art? И пусть, пожалуйста, простят меня любители балета за мою однобокость, необразованность и вообще.

2014_02_12_Mariinsky Мариинский театр до реконструкции 1885 года, архитектор Альберто Кавос.
Источник: www.mariinsky.ru

Сегодня так принято, что у каждого из зрителей свое отношение к современному искусству, и всякий имеет право на это личное отношение в демократическом обществе. А в России 2014 год может стать показательным: правительство объявило его годом культуры, и я жду интересных формулировок на самых разных уровнях о том, что такое искусство, равно как и «о нынешнем состоянии художеств», как написали бы в XVIII веке. Сегодня каждый понимает современное искусство по-своему. В интернете пишут о прошедшем в Мексике флэшмобе: целый день люди ездили в метро в трусах, чем стремились разнообразить унылые будни. А в Петербурге на величественной стене Петропавловской крепости со стороны Эрмитажа сияет огромная бессмысленная декорация — бегущая голубая надпись в жанре «С Рождеством, товарищи!»

Из театра едем праздновать Новый год. Ночью в кабинете говорим с тестем об архитекторах, строивших театры в больших городах. О гении Шарля Де Вайи. О проектах Леду. В начале - середине XIX века, когда каждому уважающему себя городу нужно было иметь железнодорожный вокзал, цирк и театр, появились специалисты по театрам. Леду, Де Вайи, Кавос призваны были создать постройку, во всех отношениях уникальную и требующую недюжинного сочетания талантов. С конца XVIII века театральное здание было одним из самых сложных в портфолио архитектора. Тут и размещение театра в пространстве города, и размеры зрительного зала, достаточно вместительного и эффектно перекрытого, и акустика, и упаковка сценических механизмов при необходимости хорошо видеть сцену с любого места.

2014_02_12_Odeon XVIII Парижский театр «Одеон», построенный по проекту Шарля де Вайи, был открыт в 1782 году.
Источник: jeffersoninparis.blogspot.ru

Аналогом театрального проекта и апофеозом самого сложного здания сегодня является музей современного искусства. Я был на открытии двух больших музеев — Центра Помпиду в Метце японского архитектора Шигеру Бана и римского MAXXI работы Захи Хадид. Здания очень разные, но роднит их общее стремление создать необычный внешний облик, в котором — вслед за музеем в Бильбао — фасад как таковой отсутствует, что не мешает зданию доминировать в округе. Сияющий белизной интерьер обязательно включает множество неправильных кривых и большое прямоугольное окно, печально смотрящее на город. Музей современного искусства — символ свободы современного общества, имеющего право разъезжать в трусах в метро на собственные налоги. За неделю до нового года закончился конкурс на музей современного искусства в Москве. В Петербурге скоро начнется строительство в Новой Голландии. В 2014 году полностью откроется Главный Штаб.

2014_02_12_MAXXI Интерьер римского Национального музея искусств XXI века / MAXXI, построенного по проекту Захи Хадид.
Источник: www.italymagazine.com

Современное искусство — это прежде всего способ заявить о себе. Городу, стране, каждому отдельному человеку. Художники делают это профессионально, а все остальные — как бог на душу положит. В Новый год каждый активно включается в современное искусство. Кто-то поет караоке, кто-то запускает фейерверки и взрывает петарды. Кто как может проявляет творческую активность и реализует творческие амбиции. Страна строит самый большой музей, а граждане стремятся сделать очередной заслуженный праздник запоминающимся.

В новогоднюю ночь снится, что у меня кабинет в каких-то казематах. По всей видимости, в стене Петропавловской крепости, подвергшейся джентрификации. Тут различные дизайнерские магазины, салоны и студии. Вдруг сквозь каменную кладку на пол льется вода: я понимаю, что на Неве наводнение. Начинаю решать с сотрудниками вопрос о том, что делать...

Проснувшись, вспоминаю, что надо проголосовать в рейтинге влиятельности деятелей современного искусства для The Art Newspaper Russia. Не очень понимаю, что это будет в итоге и зачем вообще нужны рейтинги. На мой взгляд, они ровно ничего не доказывают, равно как восприятие балета отдельно взятым зрителем, взрыв отдельно разорвавшейся петарды или постройка отдельно взятого музея. Et omnia vanitas. Но все же прилежно голосую. В 776-й раз.