Ни о чем не хочется писать из-за истории с Крымом. Игры в зеленых солдатиков слишком о многом напоминают умеющим проводить исторические параллели. И не надо сказок ни про проблемы русскоговорящих, ни про историческую справедливость: не существует идеальных народов-богоносцев, не говоря уж о народах-освободителях. А доводы о том, что "идеальных систем нет" или что "США еще хуже" не могут служить оправданием никакой форме агрессии. На мой взгляд, отбирать кусок у другого государства, обессиленного революцией, - это позор для моей страны. Позор и путь в тупик.

2014_04_05_Kiev Ozerkov Дмитрий Озерков и члены жюри премии PinchukArtCentre на фоне работы Жанны Кадыровой "Монументальная пропаганда"

Мне не следует лезть в политику, в которой я ничего не понимаю, а написать, например, о том, почему современное искусство Украины интереснее, чем российское. Речь не о том, что тот-то хуже этого, дело не в этом. Так сравнивать нельзя и, в любом случае, обидно для участников. И я понимаю, что все сейчас скажут: зачем ругаешь дом, где сам живешь? Но имеется определенное представление о "состоянии художеств" страны в ту или иную эпоху. В истории искусства мы говорим о расцвете или упадке. А применительно к современному искусству - о том, что, grosso modo, может претендовать на место в истории искусства, а что - нет. Есть некая планка, уровень, ниже которого опускаться нельзя. В XXI веке никто не мешает писать традиционные пейзажи и натюрморты, но надо понимать, что к истории искусства это никакого отношения не имеет. Пластические проблемы, поставленные этими жанрами, фактически решены к середине XX века, например, Андре Дереном и Максом Бекманом (чтоб назвать какие-то имена). Написать сегодня традиционную картину - это ремесло, умение, в лучшем случае создание хорошего галерейного lowbrow продукта. Искусство давно уже не про умение накладывать краску и высекать из мрамора. Оно вообще давно не про техники, а про смыслы.

Современное - значит не "совпадающее по времени", как многие думают, а выявляющее суть этого времени. То есть - его проблемы, несоответствия и противостояния. Выявить их старыми пластическими средствами практически невозможно. Поэтому и принято считать, что современное искусство отвратительно: зачастую некоторые смыслы этого времени видны и понятны только художникам, а всем остальным они представляются как ужасающие бездны, от которых хочется скорей отвернуться. Подорога очень хорошо пишет об этом чувстве времени в новой книге "Kairos", определяя его через понятие быстроты. Примерно о том (огрубляю), что время это то, что уже всегда вот только что прошло. Что всего не успеть, что всегда остаешься немного - хоть на мгновение - позади. Современное искусство - это, напротив, то, что все время забегает вперед, бежит впереди паровоза современности. (Кое-кого он вполне себе давит).

Подорогу, кстати, эта быстрота раздражает, он видит за ней необходимость замены нового на суперновое и еще новее, и так до бесконечности. Это сводит весь смысл нового искусства к тому лишь, что оно новое. Он отстаивает культурную необходимость возвращаться и перечитывать. Между строк проглядывают посещения Арт-Москвы. Я могу только утешить: есть ярмарки и похуже. На позапрошлой неделе я посмотрел Арт-Прагу. Какие-то сплошные дешевые поделки с претензией на космический охват универсума. Торжественный разгон, а на выходе пшик. Причем, есть и более бессмысленные места. А хорошее современное искусство, кстати, очень часто есть продукт вечного перечитывания и возвращения. Но это другая история.

2014_04_05_Ozerkov Belov Анатолий Белов «Эпизод из музыкального фильма “Секс, лечебное, рок-н-ролл”». Выставка премии PinchukArtCentre 2013

Вернемся к Украине. Благодаря моим киевским коллегам, я смог познакомиться с многими художниками и несколько дней изучать творчество Никиты Кадана, Леси Хоменко, Лады Наконечной, Жанны Кадыровой и многих других. Что отличает их от россиян? Вроде бы ничего особенного. В них чувствуется какой-то общий более здоровый климат. Свобода самовыражения. Открытость. Очень хорошая осведомленность о том, что происходит в других странах. На биеннале в Венеции украинцы показывали "Памятник памятнику" - групповую выставку ярких молодых художников. Когда Россия рискнет показать не старых и заслуженных, а молодых и дерзких в национальном павильоне?

Все это – лишь моя субъективная оценка как члена жюри и экспертных советов российских и украинских премий последних лет. Без субъективности нельзя, и я буду рад, если мне возразят и меня переубедят. Но, повторяю, дело не в том, что этот или тот российский художник сделал отличный проект (я очень этому рад). Дело в общем ничтожном уровне исканий, видном в исторической перспективе. В том, что планка упала слишком низко. России есть о чем задуматься. Сегодняшняя ситуация будет оценена историками искусства в терминах безвоздушного пространства и чувства растерянности. Или отсутствия художественной пассионарности. В России нет фонда Пинчука, почти нет резиденций для художников, очень мало поддержки и информации о возможностях международных фондов поддержки искусства. А главное - нет желания художников все это знать. Есть оглядка на соседей, сплетни и пересуды о том, кого на какую выставку "взяли" и почему. Одним словом, пестование синицы в руке. Которая уже едва дышит от жарких объятий. В результате в российском искусстве сплошные повторы и изобретение велосипедов. И нежелание идти в угол, когда указывают на явное заимствование. И обида, даже ненависть по отношению к указующему. Куда уж там до "не оспаривай глупца"!

2014_04_05_Ozerkov Zviagintseva Анна Звягинцева "Фрагмент". Выставка премии PinchukArtCentre 2013

Но сегодня появилось и другое - некое общее чувство опасности, того, что нельзя, боязнь что закроют, нежелание связываться. Причем, боязнь с обеих сторон: российская власть не верит современному художнику и не делает на него ставку. Она опасливо считает, что современный художник сейчас что-нибудь такое выкинет. Она не хочет пользоваться его оптикой для корректировки самооценки. Меня поразило недавнее рассуждение Михаила Эпштейна о сегодняшней российской "идеологии тотальной ненависти". Панфобия, космофобия, о которой пишет Эпштейн, это "ненависть не к иным классам, нациям или расам (как в фашизме или коммунизме), а к миру как таковому". С такой идеологией создать плеяду молодых конкурентноспособных художников невозможно. Да и сказать само слово плеяда язык не поворачивается. Я бы присмотрелся к Китаю: им прекрасно удалось отделить мокрое от мягкого.

2014_04_05_Kadyrova Обладательница Главной Премии PinchukArtCentre 2013 Жанна Кадырова и основатель премии Виктор Пинчук. Фото: PinchukArtCentre

В защиту художественной ситуации в России могу сказать, что несомненным хитом весны стали фотографии из резиденций Януковича и Пшонки. Такой безвкусицы свет давно не видал. Меня не потряс золотой унитаз-трон, поразило совершенно безвкусное решение интерьеров. Телевизор как окно в мир в окружении "богатых" дубовых панелей. Унылая псевдостаринная живопись и белесые гобелены. Бессмысленное роскошество в плохо проветриваемом неоготическом стиле. С ужасом думаю, что станет происходить в голове, если видеть такое каждый день. Ведь искусство - в широком смысле - определяет сознание в нем живущего. И тут важно верно расставить приоритеты. Как говорили на Майдане, в ответ на заявление Пшонки, что происходящая революция это не протест, а преступление против государства, что Пшонка - это каша, а не генпрокурор. Поразителен эстетический контраст между искусством молодых художников Украины и всеми этими интерьерами. И очевидность того, что интерьеры в историю не войдут.