«Китайская головоломка» (Casse-tête chinois). Режиссер: Седрик Клапиш. В ролях: Ромен Дюрис, Одри Тоту, Сесиль Де Франс, Келли Райлли, Сандрин Холт, Флор Бонавентура, Бенуа Жако, Марго Мансар, Ли Джан Ли, Шаррифф Пью, Адриан Мартинес, Аманда М.Родригес. 2013.

casse-tete-chinois-martine

К сорока годам француз Ксавье написал не один душераздирающий сценарий для сериала, стал примерным семьянином и любящим отцом двух прекрасных детей, подарил сперму грезящей о ребенке подруге-лесбиянке и начал было подводить итоги беззаботной жизни. Как вдруг жене показалось, что внезапный переезд в Нью-Йорк вместе с сыном и дочкой — лучшее решение. Сначала она обвинила Ксавье в неумении зарабатывать, а после и вовсе подала на развод – встретила наконец мужчину своей мечты.

Клапиш взрослеет, вместе с ним небезуспешно пытается взрослеть его герой. Ромком «Испанка» о студентах, привыкших весело делить друг с другом не только комнату в общежитии, но и всех возлюбленных, покорил сердца двадцатилетних жителей Европы непринужденным повествованием, доведенными до легкого абсурда ситуациями, милым кокетством Ромена Дюриса, Келли Райли, Одри Тоту, Сесиль де Франс. Все они дружно подросли, перекочевали из «Испанок» в сиквел о тридцатилетних «Красотки» (в оригинале «Матрешки»), и спустя годы встретились вновь в «Китайской головоломке». Свою единственную жизнерадостный номад Ксавье искал в барселонском университете и на улицах Парижа, в коммуналках Петербурга и на сцене Мариинского театра. Нашел в кровати одной из квартир Нью-Йорка, преодолев груду препятствий вроде неформального пребывания в городе мечты, платы адвокату за судебные разбирательства с бывшей, формальной регистрации брака с китаянкой. Пытаясь описать свои злоключения и запутанные связи в новом романе, Ксавье не находит названия лучше, чем «Китайская головоломка». Подруга Мартина пожимает плечами: «Почему головоломка? Ты когда-нибудь был в Китае? Там все так живут».

casse_tete_chinois3

Впрочем, независимо от того, в каком городе (стране) появляется главный герой, поводов для отождествления себя с ним предостаточно. За то время, что прошло с момента съемок «Красоток», фильма правдивого, но все же затянутого, Клапиш научился шутить острее и перестал отставать от бешеной скорости современного мегаполиса. Его герои успевают за каких-то пару часов не просто преодолевать сотни километров, но и резко поменять супругов, работу, смешивая в кучу всех родившихся детей, и буквально на ходу принимать самые глобальные решения в своей жизни. Иногда они симулируют реальность сознательно (к примеру, выкладывая в фейсбук фрагменты «фонтанирующего счастья» – фото с улыбками, поцелуями и хлопками, у кого таких сегодня нет?), иногда искренне не понимают, кто они есть на самом деле, иногда чувствуют себя плоскими журнальными картинками. Ксавье навещают философы, и это одно из самых нетривиальных решений за всю фильмографию Клапиша. Гегель со смехом хлопает по плечу и предлагает относиться к жизни проще (такой, видно, вывод пришлось сделать после того, как промучился с «Феноменологией духа», а счастья так и не прибавилось). Шопенгауэр, в то время как Ксавье рассматривает детскую вышивку, констатирует факт: первую часть жизни видишь с лицевой стороны, вторую — с изнаночной.

casse-tete-chinois-04-12-2013-23-g

Но Ксавье не проведешь. Его редактор вот уже на протяжении трех фильмов требует какой-то драмы, надрыва, леденящих душу эмоций. Ксавье же при всем происходящем вокруг бардаке никак в отчаяние впадать не хочет: ни в жизни, ни на бумаге. Что такого в том, что после расставания с одной тут же женишься на другой, параллельно влюбляешься в третью (ту самую, что была до прежней бывшей), следуешь дельному совету девятилетнего сына, а потом вдруг все случайно расставляешь по местам? Много детей - это радость, не суть важно, кто от кого родился; смена места жительства – всегда опыт; предательства не существует, важно просто не быть эгоистом. Превратившись из двадцатилетнего инфантила в сорокалетнего дяденьку, Ксавье инфантилом быть не перестал, только вот оттенок у этого слова с годами для нас перестал быть таким уж неприятным.