«Принцесса Монако» (Grace of Monaco). Режиссер Оливье Даан. В ролях: Николь Кидман, Тим Рот, Фрэнк Ланджелла,Паркер Поузи, Дерек Джейкоби, Пас Вега, Роджер Эштон-Гриффитс, Майло Вентимилья. Франция, США, Бельгия, Италия, 2014.

grace-of-monaco06

В 1962 году бывшая актриса Грейс Келли, ныне княгиня Монако (Николь Кидман), переживает кризис брака, подумывает вернуться в Голливуд (благо, к ней во дворец наведался сам Альфред Хичкок). Она мается на фоне живописных пейзажей и богатых интерьеров от княжеских обязанностей, а также того, что никто не хочет жертвовать деньги на благотворительность. Тем временем ее мужу, князю Ренье III (Тим Рот) время от времени звонит по телефону генерал Де Голль и грозит отправить Монако в Средневековье, — французский лидер, недовольный тем, что крошечные соседи его страны регистрируют французские компании, тем самым освобождая их от налогов, собирается обложить княжество данью и вообще - аннексировать. Грейс глотает слезы и готовится спасать страну.

Известно, что «Принцессу Монако» невзлюбили уже заранее, — семья Гаримальди, правители княжества Монако, были страшно разгневаны отказом продюсеров вносить изменения в сценарий, сообщив, что фильм выглядит «исторически неточным и страшно огламуренным». Плюс очернение образа Ренье III, плюс максимум фантастического пафоса, — естественно, фильмом остались недовольны приблизительно все жители Монако. В этом, однако, есть своя правда, — сложная история кризиса власти в Монако начала 60-х превращена тут в голливудскую сказку, отполированную до такой степени, что слезы льются из глаз сразу всех героев, включая массовку.

Grace-of-Monaco-2014_81

Оливье Даан, прославившийся «Жизнью в розовом свете» (про Эдит Пиаф), кажется, решил не сворачивать с протоптанного пути режиссера байопиков известных мертвых людей, — но если Марион Котийяр в роли Эдит Пиаф было, где развернуться своей актерской мощью, то Николь Кидман в «Принцессе Монако» начинаешь жалеть уже через пятнадцать минут после начала фильма. Именно она, а не ее экранное воплощение Грейс Келли, ведь ее проблема выглядит намного серьезнее разваливающегося брака и дворцовых интриг, — она заключена в полтора часа душных красот, где ей совершенно нечего играть. Снова и снова крупным планом текут слезы из ее глаз, призванные показать, как трудно вжиться в роль правительницы государства, где она чувствует себя чужой. Снова и снова она мается от неспособности решить, оставаться ей здесь или вернуться в большое кино. «Неважно, кто ты — Грейс Келли, или княгиня Грейс, ты — артистка», — говорит ей Мария Каллас на конной прогулке. «Ты должна сыграть свою самую большую роль в своей жизни, — роль жены и матери, княгини Монако», — твердит ей настоятель. Эту трагическую обреченность венчает феноменально пафосный и настолько же феноменально глупый монолог о том, что мир спасет любовь, на который уже не хватит даже актерского таланта Николь Кидман: она не заставит этот монолог выглядеть хоть немного осмысленнее, зато слезы умиления покатятся даже из глаз грозного генерала Де Голля. Но главная проблема «Принцессы» не в чрезмерном лоске, и даже не в завышенном градусе сентиментальности, — дело в том, что этот фильм пытается одновременно казаться и слезливой мелодрамой, и политическим триллером про дворцовые интриги, и духоподъемной агиткой про мир во всем мире, при том, что в нем решительным образом ничего не происходит. Красивые наряды и живописные пейзажи, к сожалению, не могут заменить собой сюжет, и хорошие актеры в кадре просто-напросто не понимают, что им делать: Тим Рот, например, весь фильм ходит с таким выражением лица, как будто искренне не знает, как он сюда попал. Где-то в середине начинается линия про тайны монакского двора, но вселенская справедливость волнует Даана превыше всего, поэтому крайне интересную интригу про предателя, детектива и шпионов он заворачивает на полуслове. Эту чудовищную пустоту, конечно, можно простить, — она хотя бы выглядит красиво, — но имейте совесть, нельзя же так издеваться над бедной Николь.