Филипп Сологуб, сын одного из основателей «Странных игр» Виктора Сологуба, уже далеко не мальчик, но муж. В составе команды он, правда, все равно оказывается самым юным. Свежая кровь пошла на пользу почтенной группе, еще в советские времена игравшей ска-панк и новую волну: возродившиеся «Странные игры» сейчас опять на волне. Плэйлист для ART1 Филипп собрал почти тематический – только Франция, только 2000-е. И эта музыка искрится и освежает как хорошее игристое вино в летний день.

Филипп Сологуб_500x500

 

Филипп Сологуб, гитарист и солист «Странных игр»:

Музыкальный вкус мне прививал папа, Виктор Сологуб. В 94-м году, он подарил нам с сестрой кассету, на которую записал The Cure, Nirvana, The Prodigy, Orbital и еще несколько не менее значимых групп из топов конца 80-х начала 90-х. В 99-м я уехал с мамой во Францию, где, параллельно учебе, начал играть на гитаре, слушая вперемежку местный, американский и русский рок. Тогда начиналась эра мп3-плэйеров, и я качал гигабайты музыки — целыми дискографиями. Кстати, плэйлист, я решил сделать как раз исключительно из французских команд, появившихся в период моего десятилетнего пребывания там. С некоторыми получилось даже подружиться. А электронной музыкой я увлекся уже в институте, поначалу французским хаусом, а далее электро и почти одновременно инди-роком. Много молодых хороших групп открывал для себя на фестивалях вроде Nuits Sonores и Eurockeennes de Belfort.

Во Франции в каждый период были довольно интересные группы, идущие в ногу со временем, но, в то же время, добавляющие что-то чисто французское к любому стилю. Был, например, Серж Генсбур, который в 70-80-е частенько пел реггей и поп на так называемом franglais — смеси английского и французского. Группа Indochine, игравшая в 80-х новую волну, была похожа чем-то на The Cure, но пела на французском — интересно звучала… В 90-х были свои представители поп-рока — Zazie, например, появилась раньше нашей Земфиры лет на 5-7. Забавно, что и во Франции, и в России группы, поющие свои песни не на родном языке, были и до сих пор являются немного невостребованными. Такой уж у нас похожий менталитет.

 

 

В «Странные игры» я попал случайно, по предложению отца подыграть пару песен на 30-летии Ленинградского рок-клуба — к сожалению, моего дяди Григория Сологуба, гитариста и сооснователя группы, уже не было. А там завертелось — пара концертов в Питере, фестиваль во Владивостоке, Москва. Но только сейчас, через два года после того, как первый раз репетнул с группой, я начал реально получать кайф от самого процесса извлечения звуков, так как уже не думаю куда поставить палец. Сами песни «Странных игр» мне подходят по характеру — ироничные, веселые, но в то же время интеллектуальные, со смыслом. Видимо, так как сочинял их и мой отец, гены дают о себе знать. Поскольку я слушаю музыку совершенно разных стилей, играть ска-панк 80-х мне даже интересно. Для меня действительно хорошая песня должна быть вне времени. Ее можно включить через 10 лет и сказать: «Вот как круто люди писали музыку!»

 

 

«Странные игры»: Санкт-Петербург, 13 июня, клуб Backstage.