Ник Кейв выступает в Петербурге 26 мая. ART1 вспоминает его работы в кинематографе в качестве актера, сценариста и композитора.

 

«Дорога бог знает куда». Реж. Ули М Шюппель. 1990 «Дорога бог знает куда». Реж. Ули М Шюппель. 1990

 

Шут, диковинка и нелюдим: роли в документальном, экспериментальном и игровом кино

 

Первое и самое известное появление Кейва в кино — его роль самого себя в «Небе над Берлином» Вима Вендерса в 1987 году. Одетый в красную рубашку, полусидя на высоком стуле в ампирном интерьере берлинского клуба, вместе с The Bad Seeds он исполняет макабрическую «From Her Eternity». Подле него становится один из ангелов, но Кейв его не видит, ведь он обычный смертный.

Робу звезды, то есть в каком-то смысле бессмертного существа, Кейв примеряет в фильме 1989 года «Дорога Бог знает куда» (The Road to God Knows Where) — документальной картине о гастрольном турне The Bad Seeds по США. Больше месяца группа провела в дороге от Филадельфии до Лос-Анджелеса, фактически повторив путь героев романа Керуака. Автобусное путешествие, концерты в клубах, саунд-чеки, встречи с поклонниками и журналистами на черно-белую пленку снимал немецкий режиссер-документалист Ули М Шюппель, друг группы. «Дорога…» — первый фильм, в котором центральным персонажем становится Ник Кейв.

 

 

Глаз камеры Шюппеля, выступившего и оператором этого роуд-муви, ненавязчиво, но упорно пытается рассмотреть своего героя и засвидетельствовать его вовлеченность в происходящее. Закрытый, обращенный в себя, осторожный и спокойный, Кейв цветет, когда участвует в радиопередаче, вместе с группой сидя в герметичной студии. Или, одетый в бейсболку и темные очки-авиаторы, как какой-нибудь местный парень из Южной Дакоты, поет блюзы в автобусе на пути в новый город. Даже на концертах Кейв не кажется счастливым, хотя в конце фильма говорит ведущему CNN, что любит выступать. Что там, конечно, он любит это дело: поставить ногу на монитор, протянуть руку в толпу, поймать тишину в зале и произнести отрепетированные в гримерке слова: «Три вещи: я Ник Кейв, я вас люблю, и я хочу рассказать вам историю о девушке». Но все же он асоциальный тип, и контакт с публикой поддерживает постольку, поскольку этого требуют обстоятельства: отвечает на вопросы журналистов, приходит на телеэфир, дает себя фотографировать, выслушивает отповедь поклонника. Когда возникают проблемы во время саунд-чека, с хозяевами клуба отношения выясняет Бликса Баргельд, а Кейв, надев темные очки, стремительно испаряется, чтобы сохранить энергию для истинно важных дел — музыки, письма и выступлений. Вероятно, поэтому его окружают люди, участники The Bad Seeds, способные частично взять на себя бремя внешних коммуникаций. Но разговаривать с прессой все же приходится, и он несет эту ответственность кое-как. Важная особенность «Дороги…» в том, что этот фильм оставляет в расфокусе отношения внутри группы, но очень резко и крупно дает фигуру Кейва, который окружен вниманием и медиа-шумом о себе самом и при этом остается «вещью в себе».

Другой немецкий режиссер Петер Земпель снял Кейва и Бликсу в фильме «Денди» (Dandy) в 1988 году. Земпель — гремучий авангардист, работавший с Йонасом Мекасом. Для понимания Кейв-универсума это, безусловно, не такой важный фильм, как «Дорога…». В «Денди» камера больше занята немцем Бликсой, Кейв для нее — чужак, диковинка, часть видео-коллажа, скомпилированного режиссером. Он читает вслух, играет в кости, бренчит на гитаре, крутит револьвер на пальце и улыбается, как мальчишка. В фильме также появляются другие «коллажные элементы»: Нина Хаген, Дитер Майер из Yello, японский танцовщик буто Кадзуо Оно.

 

 

Эпизодические роли Кейва в игровом кино — это образы-гиперболы. Австралиец Джон Хиллкоут в 1989 году снял антиутопию «Призраки гражданской смерти»(Ghosts ...of the Civil Dead) о маленьком государстве внутри тюрьмы нового поколения для особо опасных преступников. Роль самого шумного и буйного исполняет Кейв. Он щедр на оскорбления в адрес копов и очень артистичен: корчит гримасы, горланит песни, сыплет проклятиями и рисует на стене камеры собственной кровью сиськи, вагину и член. С его появлением в тюрьме начинается полный коллапс. С «Призраков…» началось сотрудничество Кейва и Хиллкоута.

 

«Призраки гражданской смерти». Реж. Джон Хиллкоут. 1988 «Призраки гражданской смерти». Реж. Джон Хиллкоут. 1988

 

Том Дичилло, работавший оператором с Джимом Джармушем в «Отпуске без конца», «Более странно, чем рай» и «Кофе и сигареты», пригласил Кейва в свою первую режиссерскую работу «Джонни Замша» (Johnny Suede) в 1991 году. Неизвестный тогда Брэд Питт играл главную роль очаровательного раздолбая, увлеченного эпохой Элвиса Пресли, с гигантским начесом на голове. Не менее выразительный начес имеет в этой картине Кейв — долговязый заносчивый кантри-певец Фрик Сторм, слагающий занудные вирши о смерти своего папаши на электрическом стуле. Его барочный кок, ресницы и брови выбелены, что бабушкина простыня. Образ напыщенного нарцисса Фрэнка Сторма — этакая пародия Кейва на самого себя.

 

 

Венгерского сутенера Кейв играет в «Охоте на носорога в Будапеште» (Rhinoceros Hunting in Budapest) — дебютной полнометражной работе американца Майкла Хауссмана, режиссера музыкальных клипов поп-звезд от Мадонны до Криса Исаака. Впервые мы застаем его героя на расслабоне в мужской бане: прямо как в фильмах Балабанова, только без пива и рыбы. Затем — на службе, в ночном клубе, и, наконец, в коридорах будапештской гостиницы, украшенных каменными горгульями и чудищами — такое соседство Кейву-сутенеру очень к лицу.

Снова в роли музыканта — усатого барда из кабачка в Центральной Америке — Кейв выступает в конце психологической драмы «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса» (The Assassination of Jesse James by the Coward Robert Ford) 2007 года с Бредом Питтом и Кейси Аффлеком. У него есть гитара, усы и песня об убийстве Джесси Джеймса, распевая которую он насмешничает над всем, что зритель только что увидел в фильме, то есть выступает как шут, в устах которого драма становится народной байкой.

 

Асоциальный эксперимент: киносценарии

 

В сценариях и романах Кейва («И узре ослица ангела божия» и «Смерть Бани Манро») драматургия стоит на втором месте: через эти медиумы он транслирует своеобразное учение, собственные идеи и жизненные концепции. Здесь зритель в первую очередь имеет дело с личностью поэта и композитора, а уже во вторую очередь — с медиумом кино. И по этой же причине с Кейвом-сценаристом работал (если не считать экранизации графического романа «Ворон») по сути дела один режиссер — австралиец Джон Хиллкоут, который, вероятно, хорошо понимал и разделял его взгляды. Их обоих связывает тяга к исследованию границ дозволенного.

В фильме-антиутопии «Призраки гражданской смерти», где Кейв выступил соавтором сценария, тюрьма посреди австралийской пустыни, оснащенная по последнему слову техники, становится площадкой для социального эксперимента. Копы не препятствуют никаким инициативам заключенных: от наркомании и мужской проституции до творческих и научных экспериментов. Но рост насилия обратно пропорционален хватке полиции, и упустив контроль однажды, копам так и не удается восстановить порядок: кровавая волна накрывает тюрьму с головой. Ключевые для Кейва вопросы власти и подчинения он изучает на примере сообществ — семей и разбойничьих банд, которые отказываются следовать общему порядку.

 

«Предложение». Реж. Джон Хиллкоут. 2005 «Предложение». Реж. Джон Хиллкоут. 2005

 

В австралийском вестерне Хиллкоута «Предложение» (2005) (Proposition), второй сценарной работе Кейва, действие разворачивается в 1880-х. Трое братьев Бернсов (Гай Пирс, Дэнни Хьюстон, Ричард Уилсон) сколотили разбойничью банду, живут в пустыне и периодически совершают набеги на близлежащую деревню, где насилуют, грабят и убивают — в знак протеста против британских завоевателей. Они ничьи, ни с кем, ниоткуда, и о старшем брате Артуре ходят легенды, будто он стал неуловимым и бессмертным, превратившись в собаку. За порядком в деревне следит капитан Стенли, которому удается поймать двоих Бернсов: среднего Чарли и младшего слабоумного Майки. Капитан Стенли делает Чарли предложение: убить старшего Артура и получить взамен живого Майки. Кейв не раз признавал — в интервью и в сборнике «Откровения. Личный взгляд на книги Библии», что испытал сильное влияние Ветхого Завета, в особенности его привлекла фигура маниакального, безжалостного Господа. Божьей кары не удается миновать и героям Кейва: оказавшись перед жутким выбором и отказавшись приносить жертву, Чарли лишается обоих братьев. Семья для Кейва одновременно является и оплотом, и объектом разрушения, отправной точкой для перерождения героев или их ухода в небытие.

 

«Lawless». Реж. Джон Хиллкоут. 2012 «Lawless». Реж. Джон Хиллкоут. 2012

 

Лента Хиллкоута «Lawless» (2012) — история троих братьев-бутлегеров, подпольно гонящих виски во время Сухого закона в США 1930-х — третья и пока последняя сценарная работа Кейва, в основе которой лежит документальная книга Мэтта Бондуранта «Самый пьяный округ в мире». Братья Бондуранты (Шайа Лабаф, Том Харди, Джейсон Кларк), как и Бернсы, живут на отшибе и имеют славу неприкасаемых. Они не насильники и не убийцы — до тех пор, пока полиция или другие криминальные авторитеты не начинают лезть с ножами и ружьями в их дом. Премьера «Lawless» состоялась в Каннах, и многие критики были недовольны этой работой, назвав ее фильмом о «сентиментальном насилии». Их реакция вполне понятна: взятая за основу история о бутлегерах предполагает воплощение в жанре гангстер-муви, в то время как рука сценариста добавила сюжету макабрического мистицизма, который совсем не вписывается в рамки жанра. Правдивую историю Бондурантов Кейв снабжает своими излюбленными мотивами: отщепенчество, богооставленность, власть и подчинение, конфликт цивилизации и звериной натуры человека, оказавшегося в стае — семье.

 

Семейные саги и народные мотивы: музыка в кино

 

Первая большая работа Кейва в качестве композитора в кино — в коллаборации с австралийским мультиинструменталистом Уорреном Эллисом — фильм «Предложение». Выступив здесь сценаристом и автором музыки, Кейв создал герметичный художественный мир, не претендующий на совершенство, но абсолютно самобытный. В добавок к поэтичному, витиеватому, старомодному английскому языку, на котором говорят и преступники, и вершители правосудия (хотя здесь в обоих ролях выступают все герои), в «Предложении» много поющих персонажей, преимущественно «из народа».

 

 

Звуковую дорожку к «Предложению» можно слушать как самостоятельный альбом: в большинстве песен Кейв появляется сам: завывает и шепчет, поет: «I wanna go out and get myself a gun»; навязчивые басовые партии звучат совсем современно; скрипящая гитара могла бы возникнуть на какой-нибудь записи Grinderman, несмотря на то, что фильм о событиях XIX века. Ирландские и американские народные мотивы приглашают к ритуальному танцу посреди австралийской пустыни. Местами музыка в «Предложении» становится самим пространством фильма, сливаясь с жужжанием мух, облепивших немытые тела белых поселенцев, залитые самогонкой столы, деревянные кружки.

Основа саундтрека к «Lawless» — блюграсс, смесь народной британской, ирландской и афроамериканской музыки. По словам Кейва, блюграсс был неизведанным для него полем, и в итоге он вышел за границы жанра. На деле же звуковая дорожка, в отличие от сценария, получилась исправной жанровой работой. Специально для записи была создана группа The Bootleggers: Кейв, Уоррен Эллис, вокалист Марк Ланеган, знаменитый блюграсс-исполнитель Ральф Стенли, кантри-певица Эммилу Харрис. Случайно или намеренно Кейв брался за звуковое оформление преимущественно «семейных историй».

 

«Lawless». Реж. Джон Хиллкоут. 2012 «Lawless». Реж. Джон Хиллкоут. 2012

 

Драма «Как трусливый Роберт Форд убил Джесси Джеймса» (где Кейв появляется в конце с гитарой и усами) — еще одна история о семейной банде, которая разворачивается в бескрайних заснеженных полях Америки. Пейзажи прямо-таки утопают в убаюкивающих фортепианных аккордах. Печальные, местами тревожные, спокойные и простые музыкальные рисунки звучат в унисон с освещением пасмурного утра и припорошенными лесистыми холмами, как будто в предвкушении Рождества в кругу семьи, чему быть, увы, не суждено, и заключительной песней становится упомянутая выше побасенка Кейва-шута.

 

 

Самой иссушенной, незаметной для слуха, но чрезвычайно сильной по эмоциональному воздействию на зрителя становится музыка Кейва и Эллиса к постапокалиптической драме «Дорога» (The Road) (2009) Джона Хиллкоута, снятой по роману Кормака Маккарти. Более того, ничто не выдает в ней работу Кейва. Фортепиано, скрипка, оркестр. Но очнувшись после просмотра этой душераздирающей истории отца и сына, пытающихся выжить после ядерной зимы, приходится признать, что половиной пролитых слез и нервных вздрагиваний ты обязан музыкальному сопровождению. Форрест, старший и самый сильный из «неуловимых Бондурантов» в «Lawless», обращаясь к брату стиляге Джеку, произносит слова: «Особенным человека делает не насилие, а путь, который он готов пройти. Мы — те, кто остались в живых. Мы управляем страхом. Без страха мы все равно что мертвые». По сути это — главное правило трикстера: чтобы выжить, нужно притвориться сумасшедшим, шутом или мертвецом. Но трикстерство интересует Кейва не столько как способ выжить, сколько как пограничное состояние между жизнью и смертью. В нем находятся братья Бёрнсы и Бондуранты, заключенные австралийской тюрьмы в «Призраках гражданской смерти» и отчасти сам Кейв, каким он предстает в «Дороге Бог знает куда»: обстоятельства вынуждают его быть социальным парнем, но он — трикстер, он притворяется.

 

Ник Кейв выступает в БКЗ «Октябрьский» 26 мая в 19:00.

Впервые опубликовано в журнале «Time Out Петербург» №312 (22), 21 октября — 3 ноября 2014.