На день рождения Маяковского в Петербурге пришли все: поэты, ветераны войны 1812 года, сотрудники ЖКХ и полиции. ART1 выяснил, к какому бы «классу» принадлежал поэт в XXI веке.

 

Вечером 19 июля распогодилось, и в скверике за памятником Маяковскому потихоньку начали собираться люди. Если бы не аппаратура, можно было и не догадаться о стартующем мероприятии «Открытая читка – Маяковскому123и40». 123 года исполнилось бы поэту, а 40 лет «стукнуло» памятнику. Дни рождения решили отметить читкой у открытого микрофона. Многим это напомнило «Маяковские чтения» эпохи СССР.

Главный организатор Дмитрий Пр (так он просил себя называть) немного порассуждал о поэте: «Маяковского в наше время могло бы вообще не существовать, потому что время определяет персонажа. Он гораздо раньше бы покончил с собой, потому что так менять реальность, как он менял в то время, здесь уже не смог бы. Он бы просто кричал, кричал, а никто бы этого не слышал».

 

 

А ЖКХ против!

К соседнему дому парень в дредах с проседью с n-ой попытки приклеил-таки почти трехметровый плакат, изображающий тень памятника. На перекрестке улиц Некрасова и Маяковского все чаще стали задерживаться люди, чтобы послушать или зафиксировать на телефон происходящее. А кто-то шел дальше, крутя пальцем у виска. Мол, делать им больше нечего. Тем временем под той же стеной собирались возмущенные представители ЖКХ. Дмитрий Пр, как на амбразуру, бросился к разгневанным тетушкам. К счастью, накал страстей, не достигнув пика, стих и скатился в мирные объяснения. «Понятно, вы люди творческие, но все что размещается на фасаде должно быть согласовано», – неохотно высказалась представитель управляющей компании Жанна Викторовна. Не отстояв право закончить создание арт-объекта, организаторы подозрительно быстро успокоились.

 

 

Рэпер и пауэр-металлист Маяковский

Уйдя с импровизированной сцены к своей огненноволосой спутнице, тезка главного организатора отшутился, что не может никогда пройти мимо открытого микрофона. Фантазируя, парень заключил: «Если перенести Маяковского в наше время, он остался бы поэтом и экспериментатором. Другое дело, что сейчас много технически более интересных вещей, то же самое кино. Наблюдается сильный отток людей в другие формы искусства. Я думаю, Маяковский мог бы легко не удержаться и «улететь». И он бы естественно слушал пауэр-метал, – смеется Дмитрий, – возможно, немного увлекался бы рэпчиком». А про поэта и нынешнюю власть парень сказал однозначно и емко: «Он жил бы в Америке!».

 

 

«Маяковский был бы в андеграунде», – ветеран войны 1812 года.

Игорь Степанович Андреев, представившийся ветераном войны 1812-го года, сразу оговорил, что петербургская полиция знает его как «Степаныча». И, видимо, неспроста. Поправив ярко-оранжевую дужку очков с надписью Jagermeister, Степаныч продолжил: «Маяковский снова актуален. Особенно у социально направленной молодежи, которая уважают Че Гевару и прочих. Трудно сказать, о чем бы он сейчас писал. Был бы диссидентом. А прославился бы или нет – трудно сказать. Маяковский был бы в андеграунде, там прославиться сразу – невозможно, если только в узком кругу».

 

 

Пока мы беседовали со Степанычем, его друг Эдди судорожно доучивал стихи перед выступлением, ссылаясь на «хронический алкоголизм, сопровождаемый амнезиями». «А это творчеству не способствует. Я даже мемуары до сих пор не могу написать. Пытался, а муза улетела», – посетовал Эдди.

 

 

Маяковский – хипстер?

Равно похожий на студента и на профессора филфака, молодой человек Михаил, небрежно перекладывая из руки в руку портфель, махал многочисленным знакомым. «Если бы Маяковский жил в наше время, то он был бы в эйрмаксах, в эйчэндэме, с шоппером тряпичным через плечо, в таких зауженных штанах. Он бы всем занялся, не только поэзией: фотографировал, стал бы дизайнером или народным депутатом, ходил бы на какие-нибудь слэмы, «Нацбест» бы получил, в ЛИТО вступил. Нашему времени уже нужен не Маяковский, а Полозкова и Ах Астахова», – улыбнулся он.

 

 

«Если бы Маяковский жил в наше время, он бы сделал как Цветаева, походу», – пробурчал грустный мужчина, стоявший неподалеку. Поговорить о Маяковском он не захотел: «Его нет, он есть только в памяти. А сейчас у кого-то даже и в памяти нет, потому что есть телефон».

 

Дерзкая и сложная Маяковщина

Десятиклассница Анжелика Швецова из Соликамска не смогла, во всех смыслах, пройти мимо: «Маяковский, конечно, сложный поэт, и говорил, может быть, жестко, но не зло и откровенно. Сейчас он входил бы в контакты и конфликты со всеми и создал бы какое-нибудь отдельное движение. Это была бы такая Маяковщина! Дерзкая! Сложная! Поэтичная! Он бы вел за собой людей и не остался бы без внимания».

 

«Гражданин полицейский! Простите за беспокойство»

Пока представители ЖКХ мирно ждали чего-то в сторонке, неожиданно материализовавшиеся неизвестно откуда стражи порядка повели себя гораздо активнее. Ребята смело направились к декламирующему на тот момент парню, напоминающему древнерусского богатыря, и настойчиво лишили его «права голоса».

 

 

«Гражданин полицейский! Простите за беспокойство», – перефразировал Маяковского один из организаторов, выясняя суть проблемы. Камнем преткновения в этот раз оказались усилители звука. И на их использование было необходимо разрешение администрации. Без усилителей проблем бы не возникло. В теории. «Довольно часто приходится разгонять такие мероприятия», – по-дружески поделился полицейский, тут же самоустранившийся, когда его попросили представиться. В то, что подобные мероприятия разгоняют нередко, охотно верилось.

 

 

Немного о недостатках Петербургского метрополитена

Увы, голоса выступающих не смогли похвастаться такой же мощью, как у Маяковского, и организаторам пришлось подыскивать локацию с более подходящей акустикой. «Есть предложение куда-нибудь пойти, например, в какой-нибудь двор», – в последний раз выплюнули звук колонки. Кто-то предложил пойти в метро. Но у главного организатора нашелся весомый контраргумент: в метро надо платить за вход. Свернув в одну из подворотен по улице имени именинника и «подзаправившись» чем покрепче, изрядно поредевшая компания любителей Маяковского вынырнула во дворе-колодце. «Это, мне кажется, не поэтическое мероприятие», – прошептала подруге девочка лет пятнадцати. Не слишком обрадованные таким переносом чтений местные жители нервно выглядывали из-за занавесок. Но отвоевать двор рискнула только пожилая женщина, как раз возвращавшаяся с работы. Ее «я щас ментов вызову» крыть было нечем. Кто-то усмехнулся: «Они тут как раз недалеко!»

 

Финита ля поэзия

Стремянка на плече, десятилитровое красное ведро с клеем, рулоны обоев и свертки с невостребованными элементами арт-объекта вместе с исхудавшей людской процессией двинулись в сторону Ковенского переулка. По дороге обсуждали бравые «посиделки» в соседнем отделении. Как скучно, однако, я живу. «Открытая читка» обрела последнее на сегодняшний вечер пристанище в помещении книжного магазина. Аудитория, сократившаяся с 50 до 15 человек, удобно разместилась, никого на этот раз не беспокоя. Вечер завершился в атмосфере дружелюбия и всеобщего понимания.

На мою просьбу сымпровизировать в стиле Маяковского компания организаторов и их друзей весьма бурно отреагировала: «Мы же не рэперы какие!» И только Дима Пр, подражая «рэпу» Маяковского, подытожил:

«Да пошло бы все

                 Далеко и надолго!

                           И подальше, и глубже!

                                              И в анналы веков…»

Что тут скажешь, с днем рождения, Владимир Владимирович!